Ярик проработал здесь несколько дней. Ему было разрешено изучать, описывать, фотографировать. Но нельзя было ничего выносить из хранилища. Здесь Ярик нашел множество надписей, сильно отличавшихся от всех, которые они видели прежде, но однозначно это был тот же диалект. Он уже сейчас понимал, что эти новые данные могут дать необходимые подсказки, к разгадке этих текстов.
Когда он ехал сюда, работа с местными коллегами ему представлялась совсем иначе. Он думал, что они будут работать бок о бок, много беседовать. Вместо этого все время, что он провел в хранилище, он беседовал сам с собой. Да и вне хранилища с ним стали общаться осторожнее, чем поначалу — все же таки он уже прикоснулся к этим «проклятым» находкам.
К сожалению, здесь Ярику не смогли ничего сказать о возрасте находок. Но это был очень важный вопрос. Пришлось долго торговаться и выходить на уровни руководителей выше и выше, чтобы ему разрешили вывезти несколько самых незначительных образцов для экспертизы.
На удивление Ярика выехать из страны с артефактами в руках оказалось очень просто.
«Едва ли они так все хорошо согласовали, что меня даже не спросили о них на границе, — думал Ярик, поднимаясь на борт самолета. — Скорее всего, здесь очень слабо обстоят дела с охраной подобных предметов на государственном уровне. Самый надежный способ охраны — это не выпускать из хранилища. Наверное, поэтому мне ни разу не позволили выйти на свет, чтобы получше что-то разглядеть».
В самолете он думал о многом, но чаще всего возвращался к мысли о собственной экспедиции в регион. Теперь ему было более понятно, что для этого нужно и сколько приблизительно на это нужно денег. У него еще оставались средства от наследства соседа. Но, уволившись из фирмы и перейдя на работу в университет, его доходы резко упали. Кроме того, возраст сына и те страхи, которые он услышал, никак не могли примириться.
— Деш, я так понимаю, ты снова взялся за старую привычку и не успеваешь забегать в гости к почтенному имилоту, — укорял, но все-таки по-доброму, Сайкон.
— Я вообще-то еще планировал сегодня успеть к Вам, имилот, — весело ответил Деш.
— Уже светает! Но я слышу, ты еще бодришься!
— По-другому нельзя. Вопросов много, успеть нужно все. Сами понимаете.
— Да. В такой ответственный момент расслабляться нельзя. А мне уже к концу асана не просто сохранять бодрость духа. Да и хотелось поговорить с тобой спокойно и обстоятельно. Но ты если и успеешь, то совсем поздно.
— Да и детей еще сегодня из педагогиума забираем.
— Забираем, говоришь? Титуа здесь?
— Нет. У Титуи сейчас нет возможности. Это Лаина. Пока сюда не долго добираться, она старается почаще бывать здесь.
— Ну, тогда вопрос решен. Переносим встречу. Только имей в виду, «переносим», не означает «отменяем». Жду тебя после выходных.
— Договорились, имилот.
— Я бы, конечно, побывал бы у тебя в лаборатории, но там нам поговорить не дадут.
— В текущей ситуации, пожалуй, это так.
По дороге домой Деш заскочил в магазин, взять детям сладостей. Долго не мог выбрать, хотелось чем-то их порадовать и даже удивить. Но удивили его дети своими рассказами про новую воспитательницу.
— Она столько разных игр знает! — спешила поделиться впечатлениями Фиея.
— Да. Нам даже отменили дополнительные занятия, чтобы мы могли все с ней познакомиться и подружиться, — перебивал ее Майол.
— И мы играли с ней всю вторую половину асана. И все игры были разными, — подхватывала Фиея.
— Она знает игры и для совсем маленьких, и для тех, кто постарше. В ее игры играли даже песторы!
— Ты что-то понимаешь? — спросила Лаина Деша. — Такого восторга от учебы я еще у них не видела.
— Восторг, судя по всему, не от учебы. Слышишь? Даже песторы играли, — ответил Деш и обратился к детям. — А скажите, как ее зовут, о которой вы так бурно рассказываете?
— Франческа.
— Какое любопытное имя! — удивилась Лаина.
— Теперь все понятно! — выдохнул Деш. — Манкоа все-таки успели организовать гонировку до выходных.
Лаина только изумленно смотрела на восторженных детей и догадавшегося Деша.
— Сейчас объясню, — сказал Деш. — В этом обиоре мы успели запустить наш принцип. Пока объемы производства очень не велики. Но, тем не менее, первая партия уже готова. В Манкоа, это наш глобатиат, предполагали начать гонировку со следующего обиора, но, похоже, в пределах Калипра или, может быть, только Мантамы они смогли выполнить заказы до выходных. Значит, мы уже сможем, вероятно, встретить их во время прогулки. А после выходных у нас уже будут первые отзывы потребителей.
Так вы говорите Франческа? — обратился он к детям. — Да, я помню. Франческа — это девушка из нашего принципа «Земля», — гордо произнес Деш. — Основная ее задача, она именно этому обучалась, — это воспитание детей. Она обращает внимание на речь, манеры, знает множество игр и умеет организовать и завести детей любого возраста. Поэтому они в таком восхищении.
— Это из того самого принципа «Земля», что и собачка, которую ты подарил детям около обиора назад?
— Да, да! С того самого! Кстати, а где Картес?
