– Те корабли, – показал вдаль капитан. – Мы думаем, это могут быть пираты.
– А что, точнее определить нельзя? – удивился глава Совета.
– Они хитрые. Вывешивают торговые флаги и спокойно идут навстречу. А потом внезапно нападают, – объяснил помощник капитана.
– Так это называется подлостью, а не хитростью, – рыкнул Хабер и послал матроса за Гистоном.
Его мореходный опыт был сейчас как нельзя кстати.
Гистон пришел немедленно, взял трубу, присмотрелся, мрачно хмыкнул:
– Похоже, они.
«Так… Мало нам было шторма, так теперь еще и пираты!» – простонал про себя Хабер. И зачем он согласился на это путешествие? Нужно было послать кого-нибудь из сильных водников, им никакой шторм не страшен. Прибыв на остров, они открыли бы портал на берег. Морские пути можно делать в несколько раз длиннее обычных. Если, конечно, на линии не попадаются небольшие островки. Тогда на них приходится создавать портальные площадки. Ну да, пришлось бы привлечь еще магов. Так и что? Среди старших магистров нет болтунов, которые побегут докладывать королю, что ковен тайно помогает правителям стран, состоящих с королевством в натянутых отношениях. Да, массовый уход магов в отпуск выглядел бы довольно подозрительно, так он и сейчас смотрится не лучше. Зато они с Гистоном добрались бы намного быстрее и безопаснее. Порталом.
Хабер еще раз тяжко вздохнул и огляделся. На корабле спешно готовились к бою. Укрепляли на стойках большие арбалеты, расставляли возле них ящики с зажигательными болтами. Одни матросы торопливо мазали противопожарным снадобьем деревянные надстройки. Другие развешивали над бортами заговоренные сети. Третьи возились с канатами и парусами, но, что именно они там делали, Хабер так и не смог понять.
– Уже придумал, чем отбиваться будем? – спросил незаметно подошедший Гистон. – Здесь не каждое заклинание пойдет.
– У них могут быть дикари? – вопросом на вопрос ответил глава ковена.
– Чаще всего бывают. Особенно ценятся у пиратов водники. Если они будут, тогда все эти арбалеты окажутся бесполезными…
– И чем лучше по ним ударить?
– Заклинанием быстрого роста. Еще древоточцы сгодятся. А из магии превращения – можно натравить крыс. Но это только когда будем совсем рядом. Конечно, лучше всего было бы иметь с собой хорошего огневика. Да и сильный ментал не помешал бы. Все-таки большую глупость я сделал, оборвав сторожку Зака.
Хабер изумленно оглянулся на бывшего учителя. Нечасто ему приходилось слышать, чтобы тот вот так, в открытую, признавался в своих ошибках.
Только абсолютно не искушенные в магии наивные простолюдины могут поверить языкастым сказителям, будто судьбоносные битвы магов продолжаются по нескольку часов.
Те же, кто хоть немного разбирается в магии или просто не лишен элементарной логики, отлично знают: у мага, противостоящего сильному дикому колдуну, есть время всего лишь на один удар. Решающий, а лучше даже смертельный.
Именно для него маг заранее готовит самое мощное заклинание. И именно в него вкладывает всю свою силу и умение.
Ворвавшиеся в просторный круглый зал маги действовали именно по этому правилу. Приготовили и повесили на руки самые надежные из подходящих в этом случае заклятий и усилили защиту.
Если бы не сваленные в кучу посреди зала заложницы, их заклинания были бы на порядок суровее. Но ковен в подобных случаях свято придерживался незыблемого правила: делать все от них зависящее, чтобы сберечь жизни невинных и случайных жертв. Потому и получал с каждым годом все более ощутимую симпатию простолюдинов и среднего класса. Именно тех, кого в государствах было большинство. Тех, чьи жизни никогда особо не волновали амбициозных политиков и военачальников. Количество погибших и раненых всегда в разы превышало в тех войнах, где не участвовали маги. Не говоря уже о мирном населении. Мародерство и насилие на захваченных территориях ковен категорически запрещал. Как и убийство простых жителей.
Пытались некоторые военачальники первое время отстаивать привычные порядки, но как-то так получилось, что одни из них срочно отправились в отставку, у других обнаружились серьезные нарушения финансового порядка, и им пришлось переехать на постоянное место жительства в глубокие подвалы королевской тюрьмы. А самые смекалистые немедленно осознали свои заблуждения и стали рьяными поборниками гуманного отношения к пленным и к мирному населению в подконтрольных городках и селах.
Вот потому и пришлось ворвавшейся в зал команде оставить на будущее такие мощные заклинания, как «стена огня», «ледяной шквал» и «плеть урагана». Хотя и те, которые были у них заучены и отрепетированы про запас именно на такой случай, ничего хорошего врагам не обещали.
Однако главарь дикарей не дремал. Едва распахнулась дверь, он швырнул в магов сильнейшее ментальное болевое заклинание, абсолютно неизвестное Заку.
