Когда они напились, Ксавье рассказал, что произошло с ним и как он оказался у ручья. История была удивительная, совершенно отличная от того, что случилось с Эваном и Брианной, и одновременно чем-то похожая.
– Твои ботинки стали реактивными? – благоговейно проговорил Эван. – Я тоже такие хочу!
– Эван, наши ботинки ходили по стене, – напомнила Брианна. – Для тебя это не круто?
– С реактивными получилось бы быстрее, – заметил мальчик. – Мы бы не шли, а просто долетели до крыши.
Брианна вскинула руки к небу.
– Так что случилось дальше? – Она повернулась к Ксавье, явно увлеченная его рассказом больше, чем Эван.
– Дальше я уснул, – признался Ксавье. – Не знаю, сколько проспал. – Он взглянул на ручей: вода уже подбиралась к его ботинкам. – Нам нужно подняться назад, на холм.
Нагрудник Ксавье быстро замигал, что всегда означало «пора выдвигаться».
– Я еще не закончил! – Эван продолжал плескаться. – Да и что за спешка? Мы только что удрали от роя гигантских мангобагов, или как ты их там называешь. Нам нужна передышка.
– Я и правда очень устала, – Брианна широко зевнула. – Боже, я и не понимала насколько. – Она с глубоким вздохом улеглась на поросший травой берег.
– Я тоже, – согласился Эван. – Спасение твоей жизни страшно меня вымотало.
– Тут очень-очень мило, – сонно проговорила Брианна.
– Ребята, здесь оставаться нельзя, – настаивал Ксавье. – Нужно подняться повыше!
– Знаю-знаю, – пробормотала Брианна. – Но не думаю, что это возможно прямо сейчас. Я слишком устала. Через минутку, ладно?
– Нет, не ладно! – заявил Ксавье.
– Ага… Нам надо идти… – выговорил Эван.
Он попытался встать, но что-то тяжелое прижало ему веки и словно толкнуло назад на мягкую прохладную траву. Мальчик попробовал стряхнуть это, но оно осталось, как большое мягкое плюшевое покрывало у него на постели дома, – это ощущение укутывало его, закрывало ему глаза.
– Нам… надо… идти… – Эван упал на траву и заснул.
– Народ, подъем! – крикнул Ксавье и потянул Эвана за руку, но без толку. – Просыпайтесь!
Это ничего не дало. А вода прибывала и уже лизала их ноги.
Ксавье подумал, не вода ли так их усыпила, – ведь он тоже выключился после того, как попил. Он впервые заподозрил, что этот прохладный освежающий поток может быть отнюдь не такой безопасной гаванью, какой казался. А потом Ксавье услышал шум – что-то вроде зарождающегося грома. Но он не закончился раскатом, как это обычно бывает.
Шум все нарастал, становился громче и громче. Ксавье посмотрел вверх по течению и увидел, что не только уровень воды повысился, – она еще и течет быстрее, барашками накатывая на камни. То, что это происходит так стремительно, было странно, но опять-таки, похоже, только так все и происходило в Агоратосе. И на этот раз Ксавье знал, что не спит.
Рокот превратился в рев. Ксавье увидел, как выше по течению поднимается стена воды и надвигается на них, будто где-то прорвало плотину. Вода гремела, устремляясь по руслу ручья, глотая пороги, затапливая растения и деревья по обе стороны.
Глядя на это, Ксавье почувствовал, как где-то в животе разверзлась пропасть. Он осмотрел насыпь – вряд ли она была достаточно высока, чтобы вода не добралась до верха, даже сумей он затащить туда двоих ребят. И даже на то, чтобы попытаться, времени не оставалось.
Мальчик снова попробовал растрясти Брианну и Эвана, но они даже не разомкнули веки, словно пребывали в каком-то трансе. Если Ксавье быстро не придумает что-нибудь, всех троих смоет.
Интересно, знал ли Рувах о том, что случится. «У вас есть враг, – говорил он. – Враг сделает все, что в его власти, дабы отвлечь вас, сбить с толку, замедлить, одолеть». Если все это – работа того врага, тогда Ксавье придется придумать, как победить его. И сделать это нужно как можно быстрее.
Если бы Ксавье как-то удалось удержать всех вместе, возможно, они бы сумели выплыть на волне. Но как? Ксавье отчаянно оглядывался в поисках длинной лозы или веревки. Веревки? Ничего подобного тут нет. Все, чем он располагает, это ремень.
Ксавье схватился за ремень обеими руками и разомкнул его. Притом что мальчик даже не мог различить места соединения, ремень с легкостью расстегнулся. Его длины не хватало, но, может, если его растянуть, удастся связать всех троих? Дело было почти безнадежным, но больше ничего придумать не удавалось. Ксавье быстро протащил ремень под спящими, сделал петлю, улегся посередине и затянул два свободных конца. Ремень распрямился, вытянулся, и, к облегчению Ксавье, его удалось застегнуть. Ребята оказались в одной связке, надежно сцепленные друг с другом. Ксавье обхватил Звана и Брианну и зажмурился, готовясь к удару.
