– Я за рулем, – просто пожал плечами Рома и повернулся к Жене: – Жень, ты мне вон той рыбки положи.
– Нет, погодите! – не успокаивался Вадим. – На брудершафт пить – это же святое! После этого полагается целоваться и переходить на «ты»! А вы, значит, вот так просто берете и плюете на традиции?
Роман удивленно повернулся к нему – парень явно не понимал, отчего этот братец так воинственно настроен.
– Понимаете, – постарался вежливо объяснить он. – Мне этот тост и вовсе ни к чему. Я ни дядю Жору, ни... простите, как вас по имени-отчеству?
– Меня Мария Филипповна! – тут же откликнулась женщина с другого конца стола.
– Да, ни Марию Филипповну, ни вас я на «ты» называть не собираюсь. И уж целоваться с вами у меня и вовсе желания не возникло. Тогда для чего мне этот брудершафт.
– А и в самом деле! – весело всплеснул руками Буранов. – А вот я выпью!!! Женечка, за вас!
И он выпил. После чего не поленился выйти из-за стола и прямиком направиться к младшей сестричке. Та еще и сообразить не успела, а он уже ловко поднял ее со стула, обхватил сильными руками и приник к Жениным губам долгим, нежным поцелуем. Это он умел.
Стол отметил его подвиг минутой молчания.
– Ну ты с ума сошел, что ли?! – вывернулась наконец из его объятий ошалевшая сестра. – Вадька! Обнаглел совсем!
– Да уж, – запыхтел паровозом Роман и отложил вилку.
– Моя школа! – довольно рявкнул Зипунов и полез целоваться к Марии Филипповне.
– А теперь моя очередь! – почувствовал Вадим толчок в спину. – Давай теперь со мной, я тоже выпила!
Она уже рукавом вытирала яркую помаду с губ и торопливо дожевывала соленый огурец.
– А с тобой зачем? – не сдержался Буранов. – Мы уже и так на «ты».
– Положено! – насупила Наталья медвежьи брови. – Давай, наклоняйся!
– Что поделать, положено, – притворно вздохнул Роман, с издевкой глядя на Вадима. – Ну же – осчастливьте еще одну особу.
– Я... я не могу, я за рулем, – ляпнул Вадим и быстро налил еще рюмку. – А теперь! А теперь я предлагаю выпить за виновника торжества! За вас, дядь Жора!
Дядя Жора обрадовался несказанно! И даже не тому, что его отметили индивидуально, а тому, что никто не вырывает у него из рук бутылку, а даже, напротив... предлагают выпить! И как это он воспитал такого славного сына! Нет, определенно – он поедет к нему на жительство! Похоже, Вадим этот не бедствует, вон у него какая машина, и свой «Запорожец»... да черт с ним, дядя Жора его отдаст Натахе как откупную!
Остальные гости тоже зашевелились.
– Только теперь чтоб сразу со мной целоваться! – долбила кулаком по столу старшенькая сестрица.
– Жора! Жорик! А ты, паразит такой, ежели ко мне со своими губьями еще сунешься, так чтоб чесноком не закусывал! – кричала бывшему мужу Мария Филипповна. – Вон, возьми огурчик свежий с тарелочки! Наташа, дай отцу огурчик! Поухаживай!
– Да на кой он сдался... ухаживать за ним! Вон перед ним селедка лежит, пусть жует!
– Нет, вы не отвлекайтесь, было предложено выпить!!
И только Женя хмуро молчала, уставившись в свою тарелку.
«Понятно, – сообразил Вадим, вовсю раскланиваясь перед родственниками. – Девочке мечталось, что ее женишок с карамельной фамилией вскочит и надает своей дланью оплеух брату по наглой морде. И тем самым лихо отомстит хаму за почти попранную честь невесты. Ан не случилось, мальчик оказался чересчур воспитан. И сейчас, надо думать, Женечка будет женишка наказывать и изливать на наглеца, на меня то есть, внимание и ласку. Ха! А наглец должен будет распустить слюни, да, вот так. Но он... то есть я, поступит по-другому. Сейчас самое время запустить мою вторую методику по женскому захвату – будем дергать даму за короткий поводок. То есть... про Женечку на время забудем!»
Да, у Вадима была и другая методика. Вообще, все мужчины пользуются ею, но совершенно бессознательно, и только особенно продвинутые включают ее вполне осознанно. А идейка-то простенькая. Надо только вовремя чередовать кнут и пряник, то есть обильное внимание к женщине внезапно заменять на холодное равнодушие и обратно. Что называется «а стоит сердцу разгореться, надменным остужаю хладом». Это не Вадим придумал, это Лопе де Вега, а Вадим... Вадим только оказался прилежным учеником.
– Вадим! Ну ты замерз, что ли?! – вернул его на землю зычный окрик Наташеньки. – Наливай!
Вадим вздрогнул, и в самом деле, он немного отвлекся и теперь так и завис над столом с вытянутой бутылкой.
– За вас, дядь Жора! – еще раз произнес он и наполнил рюмки.
– А я, например, хочу выпить... – неожиданно поднялась со своего места Женя и подарила Вадиму томный взгляд. – Я хочу выпить за нашего...
– Дядь Жора! – торопливо прервал ее Вадим. – И главное – чтоб ты не болел! А вот эту идею – про самоубийство – ты из головы выбрось! И чтоб мы этого больше не слышали! Верно я говорю, а?! Как же это мы без тебя?
