Вдоль колонны паломников бродили лоточники с весьма разнообразными товарами — от обыденных до поистине уникальных. Многие продавали еду и одежду, кое-кто — крошечные брелоки и сувениры якобы из самого собора. Нередко попадались нужные люди с бутылками и ведрами из синтекожи и ярко раскрашенными переносными ширмами, за которыми путники могли оправиться, не теряя места в очереди. Отдельные странники, не желавшие зря тратить деньги, носили необходимые приспособления с собой или договаривались с соседями облегчаться посменно. Несколько человек активно предлагали свои услуги в качестве местоблюстителей. Они готовы были за определенную плату провести в очереди день или два, чтобы пилигрим мог отдохнуть в общежитии или развлечься в каком-нибудь менее святом уголке Императорского Дворца.
Встречались и более экзотичные личности, модифицированные «очередники». Виенанд увидела телеблагословителя — женщину с оптическими линзами вместо глаз. Из виска у нее выступал громоздкий, увитый кабелями ящик инфохранилища. Она побывала внутри заветной усыпальницы собора и теперь предлагала другим за справедливую цену просмотреть ее память — насладиться картинами святилища без утомительного ожидания.
Херувимы-курьеры — выращенные в баках крылатые существа с ангельскими личиками и мертвыми глазами — порхали над толпой в благовонном тумане, перенося сообщения между различными службами собора. Виенанд, на которую со всех сторон накатывали волны людей, шаг за шагом приближающихся к единению с Императором, решила сверять маршрут по этим созданиям.
Толпа паломников служила отличным укрытием, но в давке инквизитор не могла определить, гонятся ли за ней до сих пор. Она была уверена, что преследователи из туннеля находятся достаточно близко и отслеживают ее продвижение в очереди. Если они поддерживали связь с другими агентами Веритуса и его союзников, то вокруг Виенанд уже стягивалась сеть.
Ей нужно было добраться до жилблоков, сменить одежду, при возможности перекрасить волосы и окончательно исчезнуть. Над головами окружающих виднелась верхушка арочного входа в ближайшее здание — примерно в сотне метров от инквизитора. Виенанд направилась туда, обойдя пожилую чету, — супруги сидели на феррокрите возле маленькой плитки, где закипал котелок с каким-то варевом. На обоих были рясы богорадников[10] — некрашеные балахоны, которые выдавали тем, кому пришлось обменять на пищу и воду все свое имущество, включая одежду.
— Тчаю, дорогуша? — спросила старушка, протягивая Виенанд керамический сосуд с обколотыми краями и блюдце. — Зачем бежать куда-то сломя голову? Лучше расслабиться на минутку за чашечкой тчая.
Ее манеры вызвали у инквизитора невольную улыбку. То, что облаченная в подаренные лохмотья пара сохранила тчайный набор, указывало на решимость людей не опускаться даже в нужде. От этого Виенанд ненадолго воспрянула духом.
— Извините, нет, но спасибо за предложение, — сказала она. Запустив руку в потайной карман жакета, Виенанд вынула медную монетку с эмблемой Инквизиции на одной стороне и ее личным гербом на другой. Вручив жетон старику, она указала на дозорную башню Арбитрес в километре от них. — Когда доберетесь до заставы, покажите это силовикам. Передайте им, что инквизитор Виенанд велела провести вас в начало очереди.
Супруги уставились на нее широко распахнутыми глазами, полными изумления и страха. Виенанд подмигнула им и отвернулась.
Тут же она заметила, что в десятке шагов впереди поднялся какой-то переполох. Кто-то буквально отбрасывал паломников в стороны, быстро пробиваясь к инквизитору.
Толпа расступилась с удивленными воплями и злобной руганью. Перед Виенанд возник мужчина с крепкими мышцами, на котором трещала по швам ряса богорадника. Он бросился к инквизитору; под откинутым капюшоном женщина увидела немолодое широкое лицо с расплющенным носом и лысый череп, пересеченный тремя тонкими шрамами.
Виенанд выхватила болт-пистолет, но незнакомец поразительно быстро сблизился с ней, а стрелять навскидку в окружении стольких людей она не желала. Инквизитор осознала, что в руках мужчины нет оружия. Выбросив вперед открытую ладонь, он ударил ее в грудь с такой силой, что Представитель отлетела на несколько метров, снесла тчайный набор пожилой четы и прокатилась по феррокриту.
Старик вскрикнул, скорее от боли, чем от удивления, и неловко поднялся на ноги, держась за плечо. Меж его пальцев брызнула кровь, он пошатнулся, сделал пару шагов и рухнул на колени.
Лишь в тот момент, лежа на спине, Виенанд наконец поняла, что происходит. Она вспомнила, что видела портрет мужчины в докладах Ренденштайн. Эсад Вайр, известный как Зверь Круль… Очевидно, Вангорич повел собственную игру.
Но через мгновение инквизитор подняла глаза и увидела то, что уже разглядел Зверь. В одном из окон жил-блока на дальней стороне проспекта, почти в полутора сотнях метров от нее, блеснула на свету какая-то линза. Вероятно, телескопический прицел.
