— Ну, пока! — махнул рукой лесной после моего продолжительного угрюмого молчания.
— Пока, — тут же ожила я. — Еще раз спасибо тебе! что бы я без вещей делала…
— М-м-м, — вдруг остановился Дион. — Сегодня после занятий нас закрепляли за кураторами. Первое полугодие над нами будет шефствовать Ривел.
— Надо же, — закинула я сумку на плечо. — Уж и не знаю, радоваться ли этому… А он сильно зверствовал в мое отсутствие?
— Я бы не сказал, — задумчиво протянул парень. — Но два пропуска тебе, кажется, все же влепил.
Я едва слышно застонала: «Вот остроухий! Еще и отрабатывать принудит. Будет тешиться властью надо мной».
— Что ж, ничего не поделать, — смиренно опустила я голову. — До свидания, Дион. Еще раз благодарю за возвращенные вещи.
Парень кивнул и отправился своей дорогой. Его зеленые, длиной до пояса волосы легко и совершенно неестественно колыхались при каждом движении.
Я же, проследив через окно, как нимфа направился в сторону общежития, рванула к дверям обеденного зала. Дернула за дверное кольцо…
— Заперто! — огорченно пропыхтела я. — Черт! Как же есть хочется.
По памяти отыскав во дворе питьевой фонтанчик, я нахлебалась ледяной воды, чтобы хоть чем-то заполнить желудок. А добравшись до общежития, я мышью прошмыгнула мимо общей гостиной. Народу там была уйма, и я не сомневалась, что Габриэль сейчас там. Как, впрочем, и Ума.
В чем я и убедилась, едва только вошла в свою комнату.
Шарик на стене неизменно засиял.
— Привет-привет, — пробубнила я, глядя на огонек. — Все светишь?
Огонек, к счастью, не ответил. Не хватало мне еще начать понимать неодушевленные предметы. Хотя, кто его знает, одушевлено это магическое светило или нет.
Наставив на него ладонь, я грозно произнесла:
— Погасни!
Шарик, словно назло продолжал лучиться магической энергией. Я поджала губы и завалилась на постель: «Ой, да свети, сколько влезет!»
Я бы с удовольствием уснула, даже не обращая на его магическое сияние, но учебу еще никто не отменял.
Со вздохом подтянув сумку, брошенную на пол, я принялась рыться в поисках расписания, но мои пальцы тут же уткнулись во что-то неприятно мягкое.
Со скоростью света одернув руку, я со страхом потянула за края сумки и уставилась внутрь. На тетрадях и писчих листах, свернутых трубочкой, лежало два загадочных свертка.
Аккуратно взяв один, я откинула краешек салфетки, и удивление мое перешло все возможные границы.
— Вот так сюрприз… — ошалело моргала я.
В салфетке был бутерброд! Самый настоящий!
Между двумя пышными, свежими лепешками, подаваемыми в столовой вместо привычного мне хлеба, лежали нарезанные ломтиками овощи. Очевидно, взяты они были из салата, так как сливочный соус обильно пропитал как сами лепешки, так и салфетку.
Не раздумывая, повинуясь какому-то дикому, животному инстинкту, я впилась зубами в лепешку. И первые куски проглотила почти не жуя, а затем, вновь набив рот, так и замерла.
«Ем то, что мне втихаря подложил в сумку совершенно незнакомый зеленокожий парень? — вытаращив глаза, глядела я на бутерброд, манящий хрустящими салатными листьями. — Да я и впрямь сумасшедшая!»
А затем, махнув рукой и блаженно прикрыв глаза, засунула остатки еды себе в рот.
— Ничего вкуснее в жизни не ела! — пробубнила я, с жадностью поглядывая на сумку, в недрах которой покоился еще один заветный сверточек.
— Олан! — крикнул лысый обладатель неестественно выдающегося живота, нескрываемого даже складками темно-синей мантии.
Вид у мужчины был на редкость добродушный. Говорил он мягко, словно бы его характер не имел острых углов. Был круглым, как живот или хотя бы та же блестящая лысина.
Спешащий по коридору высокий эльф остановился. Полы его камзола, разлетающиеся от быстрой ходьбы, сопровождаемой резкими движениями, тут же печально повисли.
— Господин Туссо, — склонил голову мужчина. — Очень рад видеть.
Пузатый состроил обиженную мину.
— Сколько еще я должен просить тебя обращаться ко мне по имени, Олан?
Эльф пожал угловатыми плечами.
— Я обращаюсь к тебе так лишь из глубочайшего уважения. Ты же знаешь.
— Что ж,
Ривел усмехнулся, смахнув ниспадающие на ясные, умные глаза волосы. Мастер решил взять его хитростью? Что ж, умно.
— И ты мне друг… — эльф помедлил и, под одобрительный возглас лысого, добавил, — Резарт. И раз ты просишь, то и я вынужден уступить тебе.
— Не стану этому противиться, — тут же согласился пузатый, наконец добившись своего и радостно прихлопнув в ладоши. — А я как раз направлялся к тебе.
— Тогда идем, — заложив руки за спину, вновь двинулся по коридору мужчина. Господин Туссо поспешил за ним.
Какое-то время шли молча. Но мастер академии уже давно свыкся с немногословностью своего друга, и она ничуть его не смущала. Он знал, Ривел охотно поддержит любую из бесед, но первым не заговорит ни в жизнь.
