Наконец я что-то нашла. Не страхи, но то, что должна была увидеть, – его сны. Я стояла на холме под голубым небом, в окружении зеленой травы. Цвета и запахи здесь казались ярче, чем в любом другом месте. Неподалеку в тени вокруг стола для пикника устроилась группа фейри. В воздухе звенел их смех. Я приблизилась, не в силах побороть любопытство. Фейри не пытались скрыть свои острые уши, хотя неподалеку несколько детей запускали змея. Ни грязи, ни темноты. Очевидно, они живут здесь, среди людей.
Позади них виднелись деревья. Сквозь листву и тени вдаль уходил туннель. Знала, что Коллиф направляет меня. Я решила подыграть ему… пока что. Оставив позади идиллическую сцену, двинулась к лесу.
Тропа оказалась не настолько мрачной. Воздух наполняли птичьи трели, мое лицо овевал легкий ветерок. Я не хотела задерживаться здесь дольше необходимого, но не могла не восхищаться лучами солнца, пробивающимися сквозь листву.
Туннель вел в темноту. Воздух стал холоднее. Опасаясь, что могу обнаружить – то, что действия Оливера повлияли на меня в реальном мире, многое изменило, – я замедлила шаг. Грязь под ногами превратилась в лед. Я вышла из туннеля и поняла, почему так холодно.
Снег.
Он безмятежно кружил в воздухе, будто в мире не существовало зла. Я оказалась на жилой улице, и сквозь деревья виднелись звезды. Фонари отбрасывали мягкий свет. Дома были небольшими, а светящиеся окна создавали ощущение гостеприимства. Снег хрустел под моими ботинками. Я оглядывалась, замечая сцены и образы. Фейри в современной одежде были повсюду. Они сидели вокруг рождественских елок и накрытых столов. Я пыталась отыскать хотя бы намек на жестокость, но ничего не обнаружила. Только невероятное чувство удовлетворения и спокойствия. Вот чего Коллиф желал для своего народа? Мне хотелось смеяться над его глупостью. Но я не могла.
Коллиф вел меня дальше. Дорога закончилась, приведя в еще более прекрасные места, населенные фейри. Они танцевали на свадьбах. Лежали на пляжах. Взбирались на горы. И все это время не пользовались чарами. Никакого напряжения между представителями разных рас, никакого страха. Все жили в мире друг с другом.
Но у меня был доступ не только к прекрасным мечтам.
Я заметила рябь в воздухе. Нечто на задворках сознания Коллифа влияло на все остальное, и я инстинктивно потянулась туда. И добралась до этого странного волнения. От него веяло старостью и изношенностью, будто от фотографии, которую множество раз передавали из рук в руки. Воспоминание.
Коллиф сопротивлялся, пытаясь спрятать эту часть своего прошлого, но какой смысл пытаться запереть дверь, когда кто-то уже вошел? Я просунула руку в разлом. Коллиф запаниковал, земля дрогнула. В отдалении загремел гром. Я почувствовала, как супруг пытается вытолкнуть меня, изгнать из своего разума. «Поздно», – подумала с жестоким удовольствием. С улыбкой шагнула внутрь.
– Нет! – раздался с небес голос Коллифа. Он следовал за мной.
Моя нога коснулась чего-то мягкого. Ковер. Я выбралась из разлома в сознании Коллифа, оставляя мечты позади и погружаясь в реальность. Щель в стене немедленно затянулась. Я выпрямилась и огляделась в поисках того, что Коллиф отчаянно пытался скрыть. Глаза постепенно привыкли к резкой смене освещения. Здесь стояла почти оглушающая тишина.
Мое внимание привлекла женщина. Она лежала на огромной кровати, и обнаженная грудь выглядывала из-под бархатных простыней. У нее были спутанные рыжие волосы и лукавая улыбка. О, как же Коллиф любил ее. Это ощущение витало в воздухе, как аромат духов. Коллиф лежал рядом с ней, тоже обнаженный, глядя на нее с нежностью.
Как и фейри на пикнике, они не знали о моем присутствии, полностью поглощенные друг другом. Глядя на них, я ощутила укол неприятного чувства. Ее имя сорвалось с губ Коллифа, будто песня.
– Виесса…
Но как только она приоткрыла прелестные губы, чтобы ответить, неведомая сила ударила меня в грудь. Воздух с хрипом вырвался из моих легких, и меня отбросило назад.
Я врезалась в стену и погрузилась в темноту.
Я распахнула глаза.
Вздохнув, резко села. Поначалу не могла понять, где нахожусь, запертая в ловушке между черной бездной и своей камерой. Затем увидела ровный свет фонаря, принесенного Зарой. Сконцентрировавшись на нем, превратила маленький огонек в якорь, удерживающий меня в реальности. Видимо, у такого глубокого погружения в чужой разум имелись последствия – мое сердце колотилось.
Я смутно ощутила присутствие Коллифа. Он стоял возле меня на коленях, его голос дрожал, когда он произнес:
– Полагаю, я это заслужил.
Боль не уходила. Я прикрыла глаза, опасаясь, что меня стошнит.
– Просто скажи, зачем ты здесь.
Он молчал. В крошечной камере повисла тишина. Мне хотелось посмотреть в лицо Коллифу, и я решилась открыть глаза. Он смотрел прямо перед собой, в глубокой задумчивости крутя на пальце то странное кольцо. Мое терпение постепенно истощалось, и я готова была сорваться, когда он вдруг заговорил:
– Хотел бы представить тебя своему народу. На сей раз на наших условиях.
Помедлив, я хмыкнула.
– Они никогда меня не примут. Я же не фейри.
