Он сделал паузу, ощутив мои сомнения, и я затаила дыхание. Он впился в меня своими темными, глубоко посаженными глазами. А затем начал задавать вопросы. Он говорил на знакомом мне языке, но использовал очень заковыристые фразы. Подавив внутреннее сопротивление, соглашалась со всем, не колеблясь. Мой голос эхом разносился по залу.
В конце Язык возложил мне на голову корону, сплетенную из ветвей. С некоторых свисали листья. Я запрокинула голову, чтобы взглянуть на Языка, но он не объявлял меня королевой, вопреки моим ожиданиям. Он жестом велел мне встать, и я повиновалась. Никто не говорил и не двигался. Ждала, когда их мысли и желания вторгнутся в меня. Но ничего не произошло. Очевидно, я должна что-то сделать. Взгляд заметался в поисках Лори в надежде на подсказку.
– Фортуна, – позвал Коллиф с трона. Я быстро повернулась. Он сидел, отстраненный и неподвижный. – Займи свое место.
Впервые я рассмотрела свой трон. Он совсем не походил на трон Коллифа, скорее напоминая кресло с высокой спинкой и кроваво-красной обивкой. Верхняя часть была украшена искусной резьбой, изображающей Левиафана, фигурка которого мерцала серебром. Его хвост обвивал одну сторону, а вырывающееся из пасти пламя – другую.
Не знала, попытка ли это уколоть меня или лишь отразить символ силы, но это было ярким напоминанием, что мне пришлось испачкать руки в крови. Я стиснула зубы, поднялась по ступеням и подобрала платье. Юбка зрелищно всколыхнулась. На меня смотрели сотни лиц. Я пыталась подражать бесстрастному выражению Коллифа, но кровь во мне кипела. Я знала, что краснею.
Нарушив тишину, вперед шагнул Нувиан. Он вытащил меч из ножен и коснулся острием пола. Его доспехи блестели, будто натертые маслом.
– Я Нувиан из рода Фолдуинов, – разнесся по залу его голос. – Клянусь жизнью быть верным королеве Фортуне. Чего потребует моя королева?
Вспомнив слова Лори, я стиснула подлокотники и ответила:
– Я требую каплю крови.
Нувиан без колебаний взрезал свою ладонь. Выступили алые капли. Фейри перевернул руку, и на глазах всего Двора они упали на каменные плиты. Он поднялся на ноги. Чувствуя облегчение, что все закончилось, я чуть не поблагодарила его. К счастью, правая рука короля отошел, прежде чем с моего языка сорвались необдуманные слова.
Вперед вышла другая фейри. Процедура повторилась. Она отошла, смешавшись с толпой, а на ее место уже шла другая. Я пыталась запомнить имена и лица, но их было слишком много. Уна тоже принесла клятву. Ее глаза горели желанием во время произнесения стандартных фраз. Но у меня перед глазами стояла сцена, когда она шептала: «Не забудь, что я помогла тебе», – брызгая капельками слюны. Настала очередь Омара. Он дрожал как осиновый лист.
Я потеряла счет времени. В Неблагом Дворе не было часов. Мне приходилось напрягаться, чтобы не ерзать в ожидании Джассина. «Где он, черт возьми?»
Кажется, все стражи уже принесли присягу, и настало время глав родов. От толпы отделился мужчина. Когда заметила, кто стоит позади него, то слегка выпрямилась. «Началось», – подумала я.
Фейри преклонил колено. Он выглядел необычно для фейри: квадратный подбородок, простая стрижка. На нем были серые брюки и пиджак в тон. Я не ощутила в нем силы. И вообще, если бы не заостренные уши, решила бы, что он человек.
– Я Ильфас из рода Дайнан, – объявил мужчина. – Клянусь жизнью быть верным королеве Фортуне. Чего потребует моя королева?
Я склонила голову.
– Это ваша супруга, Ильфас?
В его глазах мелькнуло удивление. Зрители напряглись. Впервые я сказала что-то помимо требования капли крови. Он оглянулся и увидел, что я действительно указываю на женщину, которая стояла рядом с ним. В ее руках была цепь, удерживающая истощенного вервольфа. Я слышала ее позвякивание всю церемонию.
– Да, Ваше Величество.
– Замечательно. Прошу в качестве дара свободу для вервольфа, – изрекла я, чувствуя на себе взгляд Коллифа. Я отклонилась от сценария.
Сбитый с толку таким поворотом событий, Ильфас открыл рот.
– К сожалению…
Я уже знала, что он скажет дальше. Что-нибудь в духе: «К сожалению, волк не мой, и я не могу его отдать».
Мои ноздри раздулись.
– Ах, не нужно мне лгать. Уверена, что фейри воспринимают утверждение все твое – мое в браке куда серьезнее, чем люди. Если волк принадлежит ей, вы тоже имеете на него право. Прошу, не тратьте время придворных.
Фейри недовольно поджал губы. Интересно, что раздражало его сильнее: то, что ему приказывает женщина, или что эта женщина из Мар? Черт, вероятно, и то и другое. Но Ильфас не был дураком, он решил не спорить. Он вновь поклонился – очень быстро – и вернулся к супруге. Раздалось яростное перешептывание. Наконец Ильфас вырвал у нее цепь. Она метнула в мою сторону злобный взгляд. Драгоценный камень у нее на лбу дрожал. Ильфас вернулся к помосту, таща вервольфа за собой. У того не осталось сил сопротивляться, и он покорно клацал когтями по полу. Ильфас протянул мне свободный конец цепи.
– Мой дар, Ваше Величество.
