– Нет, не смогу.
– Сможете. Должны смочь. Очень вероятно, что мы с вами никогда больше не встретимся. Если же вы мне все-таки понадобитесь, я позвоню Инез и куплю еще одно из ваших произведений. За двенадцать тысяч. Если заплачу больше, это ничего не будет значить – просто дань вашему таланту. Но если я предложу ровно двенадцать тысяч, вы должны позвонить в ресторан Маретти и попросить к телефону хозяина. Маретти передаст вам мое послание. Понятно? Но я не думаю, что это произойдет. Уверен – вы справитесь сами. Все ясно?
– Да.
– Итак, отныне вы сами по себе. Но не забывайте, что я слежу за каждым вашим шагом.
Славко сидит в машине и смотрит в бинокль. На балконе мужчина, на соседнем – женщина. Потом на лицо женщины падает лунный свет, и Славко может как следует ее рассмотреть. Он видит большие глаза, неброскую фигуру, длинные прямые волосы. Сомнений нет – это женщина, которую он видел со спины возле водохранилища. Видно, что женщина сильно напугана. Она резко разворачивается, скрывается у себя в номере и задергивает шторы.
Э.Р. с довольным видом любуется ночным пейзажем, готовится к очередному одухотворенному дню. Потом исчезает и он. Оба балкона погружаются в темноту. Славко записывает в блокнот: “2:50. Э.Р. на балконе. № 318. Говорит с соседкой. № 316? Та же, что у водохранилища. 8 минут”.
Они даже не коснулись друг друга. Стало быть, это не свидание любовников. Может быть, торговля наркотиками? Но они ничего друг другу не передавали – ни товар, ни деньги. К тому же не будем забывать про помощника шерифа. В чем же дело? В чем же дело… Думай, Славко, шевели мозгами.
Однако сосредоточиться не удается. Черник вдруг вспоминает, как они с Джулиет катались на лодке по реке, а потом полдня трахались на подстилке из сосновых иголок. Джулиет была чем-то недовольна, ворчала, что ее все время тянет к интенсивным, сосредоточенным мужчинам. Что она имела при этом в виду – непонятно. Очевидно, Славко был для нее недостаточно… интенсивен. Чушь какая-то. Но Джулиет постоянно несла чушь…
Все, ублюдок, кончай себя жалеть. Ты на работе. Ну-ка, разгадай эту шараду.
Попробуем. Может быть, женщина вышла на балкон, потому что не хотела, чтобы помощник шерифа видел, как она встречается в мистером Э.Р. Допустим, полицейский не позволил бы им встретиться. Почему? В каком случае полиция не дает одному человеку встречаться с другим? Может быть, женщина не карантине? Какая-нибудь заразная болезнь?
В мозгу у Славко проскакивает шарик. Секвестр! Присяжный заседатель? Громкий уголовный процесс? Очень может быть. Отель “Карузо” нередко дает приют присяжным, находящимся под секвестром.
Пелена с глаз спадает, Славко чувствует себя так, будто на десять лет помолодел. Присяжный заседатель!
Он распрямляет плечи. Открывает дверцу, решительно направляется в вестибюль. Настроение просто чудесное – словно по воздуху летит. Такой решительной походкой ходят молодые, полные сил и абсолютно трезвые баловни судьбы.
Кровь бежит по жилам так резво, словно проснулась после многолетней спячки.
Она – присяжный заседатель, это ясно.
– Как делишки? – спрашивает он у Джерома, нахально притягивая к себе картотеку постояльцев.
– Ты еще здесь? – удивляется Джером. Бедняжка, он не готов к такому натиску. – Славко, картотеку смотреть нельзя!
Джером хватается за коробку, но Славко уже вцепился в номер 316.
– Понятно.
Номер снят окружным судом. Как и номера с 311-го по 315-й…
Джером окончательно потерял терпение – он выскакивает из-за стойки, размахивает руками, физиономия у него раскраснелась. Хочет немедленно получить свою коробку назад, и Славко с удовольствием идет ему навстречу. Можно было бы, конечно, спросить у Джерома, о каком судебном процессе идет речь, но это лишнее. В округе проходит только один судебный процесс, на котором нужно прятать присяжных.
Луи Боффано.
Славко направляется к двери, не слушая вопли Джерома. Тот разоряется вовсю – грозит вызвать полицию, администратора, а также архангела Гавриила. Ну и черт с ним. У дверей Славко оборачивается и посылает ночному портье воздушный поцелуй.
Вернувшись в машину, Черник достает блокнот и коротко записывает результаты своих открытий. Слово “присяжный” он подчеркивает два раза.
Чем же ты ее припер, Э.Р.? Такая милая женщина, как у тебя только на нее рука поднялась? Сколько тебе платит Боффано? Не думаю, что милой Сари понравится ездить в тюрьму на свидания со своим любовничком. Одинокий любовничек будет сидеть за решеткой и выйдет очень нескоро. Ха-ха!
Какую поэму можно было бы написать на эту тему. Ах, Сари и Джулиет, не цените вы во мне поэта.
В кабину проникает холодный ночной воздух, легкие наполняются кислородом. Славко думает, что жизнь не такая уж сложная штука. Живи в свое удовольствие, работай, спасай несчастную девочку из лап мерзкого чудовища (даже двух несчастных девочек – Сари и присяжного заседателя), добивайся успеха, будь благороден, одерживай победы… Да, это так.
– Да, это так, – вслух повторяет Славко. Кто-то сипит ему прямо в правое ухо:
– Нет, это не так.
