– Лера, что там? – желудок скручивает болезненным спазмом, где-то на границе сознания я слышу глухие удары, такие далекие и так больно отдающиеся в голове отрывистыми звуками. – Отвечай мне, зараза! Сейчас выбью дверь и убью тебя!
Сознание начинает робко проглядывать сквозь молочную пелену.
– Игорь, я в порядке, – отзываюсь я. – Просто ударилась.
Тянусь рукой к ключу на этот раз не вставая, с трудом поворачиваю его и отодвигаюсь в сторону, чтобы Гордеев смог пройти. Входит поспешно, опускается рядом на корточки, заглядывает мне в лицо внимательным взглядом.
– Твою мать! – изрекает он. – Дай посмотрю.
– Поищи лучше Арсения Ивановича, – я стираю кровь с виска тыльной стороной руки. – Может, он где-то в квартире.
– Нет, я глядел, – он помогает мне подняться. – Трупа нигде нет.
– Не говори о нем так, – возмущаюсь я, хотя в душе все прекрасно понимаю. – Вдруг он еще жив?
– Конечно, нет! – кривится Игорь, что-то тыкая в своем телефоне. – И не строй из себя дуру. Весь палас в кровище. Конечно, живой. Ага. Серега? Привет еще раз. Помнишь девчонку, про которую я тебе говорил сегодня? Ага. Ну тут без тебя не обойтись. Ага. Да. Да не вопрос! С меня магарыч. Пиши адрес.
– Ты бесчувственный чурбан, – констатирую я.
– Я бывший мент, что, хоть и похоже, но не одно и то же, – поправляет меня Гордеев и, потеряв ко мне всякий интерес, идет осматривать кабинет.
– И ты даже не вызовешь мне скорую? – ужасаюсь я.
– Раз скандалишь, значит, все с тобой нормально, – бурчит сыщик.
Я обиженно отворачиваюсь, и в ту же секунду на пороге кабинета образовываются два фельдшера скорой помощи.
– Кому тут плохо? – густым басом интересуется один из них.
Удивленно открываю рот и перевожу взгляд на Игоря.
– Что смотришь? – поднимает он брови. – Я ж не ты. Головешка-то варит – вызвал, когда к дому подъезжал.
Я пристыженно киваю и даю врачам себя осмотреть. Они обрабатывают и заклеивают мне рану, светят в глаза идиотским фонариком, дают какие-то пилюли и, наконец, предложив госпитализироваться и получив закономерный отказ, убираются восвояси.
Мне уже гораздо лучше, и я хочу помочь Игорю. Не знаю, что должна делать в такой ситуации, поэтому просто стою и оглядываюсь в поисках чего-либо необычного.
– Скажи, агент Скалли7, – Гордеев задумчиво рассматривает бумаги психотерапевта, наклонившись над столом и закинув руки за спину. – А как ты умудрилась так удариться?
Пересказываю историю своего травматизма и замолкаю на полуслове. Я же на чем-то поскользнулась. Что это было? Игорь, похоже, приходит к тем же выводам, что и я: если это не разлитая жидкость, а это точно не она – лужи на пороге не наблюдается, значит, это что-то, что переместилось, отлетело из-под ноги куда-то в сторону. Мы вместе исследуем пол и практически одновременно натыкаемся на прямоугольный ламинированный кусок бумаги.
– Это может быть не он, – осторожно замечаю я.
– Может, – легко соглашается Гордеев. – Но ничего подходящего, кроме этого, я не вижу. Эта штука не лежала у двери, случайно?
– Абсолютно точно нет, – уверенно отвечаю я.
– А где именно ты сидела? – хмурится сыщик.
Показываю, не совсем понимая, к чему эти вопросы. Игорь долго разглядывает место моего недавнего пребывания, переводя взгляд от скользкого прямоугольника на дверь и обратно.
– О чем ты думаешь? – спрашиваю я.
– Ни о чем, – без запинки лжет Игорь.
Хоть у меня и болит голова от удара, но я способна еще складывать два и два. Проследив за взглядом Гордеева, я тихо, словно пробуя слова на вкус, говорю:
– Он был здесь, верно? – я пристально смотрю в глаза сыщику. – Он был в квартире, когда я пришла, да?
– Мы не знаем наверняка, так что не паникуй раньше времени.
Игорь неправ. Я не паникую. Наоборот, понимание того, что Макс был совсем рядом, что нас разделял всего лишь кусок дерева, освещает мои мысли, словно вспышкой молнии.
– Он подсунул это под дверь, – говорю я. – Пока я сидела и страдала, он подсунул это под дверь.
– Лера, – Игорь подходит ближе, в успокаивающем жесте кладет руки на мои плечи. – Мы не можем так точно об этом говорить.
– Игорь, ты ведь тоже так думаешь, я вижу, – я заглядываю ему в глаза, чтобы убедиться в своих словах. – Просто ты не хочешь меня пугать. Но я не боюсь, правда. Я просто…
– Ты разочарована, что тебе не удалось его увидеть, – непривычно жестко говорит Гордеев. – И рада, что он ближе, чем ты рассчитывала.
– Нет, – я отшатываюсь. – Все совсем не так.
– Так, – мужчина наступает. – И либо ты рассказываешь мне все, как было, либо я умываю руки. Поняла?
– Игорь…
– Ты поняла меня? – он не шутит, и я понимаю, что в этот раз все мои тайны должны выплыть.
– Да, – сдаюсь я. – Расскажу все, что помню. Только давай не здесь.
– Конечно, не здесь, – фыркает Гордеев.
В коридоре раздается шум, шарканье, мужские голоса и через минуту в кабинет заглядывает низенький мужчина с цепким взглядом и собранными в хвост густыми волосами.
– О, Серег, проходи, – Игорь отходит от меня, жмет руку Сереге. – Знакомься, это Лера. Она у нас звезда вечера. За ней охотится преследователь.
