– Раз скандалишь, значит, все с тобой нормально, – бурчит сыщик.
Я обиженно отворачиваюсь, и в ту же секунду на пороге кабинета образовываются два фельдшера скорой помощи.
– Кому тут плохо? – густым басом интересуется один из них.
Удивленно открываю рот и перевожу взгляд на Игоря.
– Что смотришь? – поднимает он брови. – Я ж не ты. Головешка-то варит – вызвал, когда к дому подъезжал.
Я пристыженно киваю и даю врачам себя осмотреть. Они обрабатывают и заклеивают мне рану, светят в глаза идиотским фонариком, дают какие-то пилюли и, наконец, предложив госпитализироваться и получив закономерный отказ, убираются восвояси.
Мне уже гораздо лучше, и я хочу помочь Игорю. Не знаю, что должна делать в такой ситуации, поэтому просто стою и оглядываюсь в поисках чего-либо необычного.
– Скажи, агент Скалли*, – Гордеев задумчиво рассматривает бумаги психотерапевта, наклонившись над столом и закинув руки за спину. – А как ты умудрилась так удариться?
Пересказываю историю своего травматизма и замолкаю на полуслове. Я же на чем-то поскользнулась. Что это было? Игорь, похоже, приходит к тем же выводам, что и я: если это не разлитая жидкость, а это точно не она – лужи на пороге не наблюдается, значит, это что-то, что переместилось, отлетело из-под ноги куда-то в сторону. Мы вместе исследуем пол и практически одновременно натыкаемся на прямоугольный ламинированный кусок бумаги.
– Это может быть не он, – осторожно замечаю я.
– Может, – легко соглашается Гордеев. – Но ничего подходящего, кроме этого, я не вижу. Эта штука не лежала у двери, случайно?
– Абсолютно точно нет, – уверенно отвечаю я.
– А где именно ты сидела? – хмурится сыщик.
Показываю, не совсем понимая, к чему эти вопросы. Игорь долго разглядывает место моего недавнего пребывания, переводя взгляд от скользкого прямоугольника на дверь и обратно.
– О чем ты думаешь? – спрашиваю я.
– Ни о чем, – без запинки лжет Игорь.
Хоть у меня и болит голова от удара, но я способна еще складывать два и два. Проследив за взглядом Гордеева, я тихо, словно пробуя слова на вкус, говорю:
– Он был здесь, верно? – я пристально смотрю в глаза сыщику. – Он был в квартире, когда я пришла, да?
– Мы не знаем наверняка, так что не паникуй раньше времени.
Игорь неправ. Я не паникую. Наоборот, понимание того, что Макс был совсем рядом, что нас разделял всего лишь кусок дерева, освещает мои мысли, словно вспышкой молнии.
– Он подсунул это под дверь, – говорю я. – Пока я сидела и страдала, он подсунул это под дверь.
– Лера, – Игорь подходит ближе, в успокаивающем жесте кладет руки на мои плечи. – Мы не можем так точно об этом говорить.
– Игорь, ты ведь тоже так думаешь, я вижу, – я заглядываю ему в глаза, чтобы убедиться в своих словах. – Просто ты не хочешь меня пугать. Но я не боюсь, правда. Я просто…
– Ты разочарована, что тебе не удалось его увидеть, – непривычно жестко говорит Гордеев. – И рада, что он ближе, чем ты рассчитывала.
– Нет, – я отшатываюсь. – Все совсем не так.
– Так, – мужчина наступает. – И либо ты рассказываешь мне все, как было, либо я умываю руки. Поняла?
– Игорь…
– Ты поняла меня? – он не шутит, и я понимаю, что в этот раз все мои тайны должны выплыть.
– Да, – сдаюсь я. – Расскажу все, что помню. Только давай не здесь.
– Конечно, не здесь, – фыркает Гордеев.
В коридоре раздается шум, шарканье, мужские голоса и через минуту в кабинет заглядывает низенький мужчина с цепким взглядом и собранными в хвост густыми волосами.
– О, Серег, проходи, – Игорь отходит от меня, жмет руку Сереге. – Знакомься, это Лера. Она у нас звезда вечера. За ней охотится преследователь.
Меня цепляет эта фраза, хоть я и понимаю, что Гордеев по своему обыкновению прав.
– Приятно познакомиться, – Серега осматривает меня, словно кобылу на выставке.
– Взаимно, – говорю я.
– Как это вас угораздило, барышня? – спрашивает он.
– Об этом мы с тобой потом поговорим, – не дает мне ответить Гордеев. – А пока можешь проверить здесь все? Не в службу, а в дружбу.
– Ничего не трогали? – строго спрашивает Серега.
– Обижаешь, – улыбается Гордеев. – Я не так давно уволился, чтобы забыть всю кухню.
– Ладно, – мужичок с цепким взглядом машет на нас рукой и орет в коридор. – Что вы там топчетесь? Я должен сам все делать?
Волшебная фраза вызывает еще двоих мужчин, которых я особо не успеваю разглядеть, потому что Игорь поднимает с пола мой телефон, сумочку, и вытягивает меня в коридор.
– Подожди меня здесь, – говорит он. – Парни не любят, когда им мешают работать.
– А разве я не должна рассказать про все? – удивляюсь я.
– Про что? – вскидывает брови Гордеев.
– Ну, про Арсения Ивановича, – предполагаю я.
– Все, что нужно сегодня, расскажу сам, а там разберемся, – подмигивает Игорь.
