Электи с удивлением посмотрел на меня, затем, подумав, кивнул и повел к широкому выступу. Это был огромный помост, выточенный из того же черного камня, что и тронный зал, открывающий перед нами великолепный вид на огненные долины Муспельхейма. Теперь я не удивлена, что к ним никто не суется…
Горящая лава, стекающая с высоких вулканом в широкое огненное озеро так нелепо граничила с участками земли, покрытыми самой разнообразной растительностью: «плакучими» зелеными деревьями, чем-то напоминающими Земные ивы, но выглядящими чуть более экзотичнее, стройные кусты с ярко-красной листвой, а кое-где были видны, причудливо раскинув отростки, кактусы… Небо окрашено во все тона алого. Со стороны казалось, что сейчас время заката солнца, но два ярких светила стояли высоко над нашими головами. А обернувшись, я обнаружила, что высочайший дворец был выточен прямо в черном камне скалы…
— Дух захватывает! — выдохнула я. Электи довольно улыбнулся, погладив свою косматую бороду.
— Я смотрю, вы многого не знаете о своей стране, — осторожно начал он. — Ваш отец, когда был здесь, рассказал о вашем существовании. Но он был вынужден покинуть родину, предупредив, что может задержаться надолго…
— Подождите, — остановила я старика. — Он рассказал вам обо мне?! То есть он был у вас после моего рождения? Выходит, он жив?!
— Выходит, что так, — растерянно проговорил старец. — Надеюсь, что он жив и сейчас. Он был мудрым правителем. И народ Муспельхейма будет рад видеть на троне его прямую наследницу. Совет будет так рад!
Электи принялся мне рассказывать о том, что он с удовольствием передаст в мое ведомство все дела государства, введет в курс всех дел, что надо заняться коронацией, что местные лекари обязательно придумают, как помочь моему жениху дышать местным воздухом. А потом можно устроить пышную свадьбу… Внутри меня с каждым его словом, все надувалось от гордости. Я чувствовала себя властной, сильной, невероятно мудрой…
Стоп. Коронация?! Свадьба?!
— Электи, есть некоторые дела, которые мне надо решить… — сказала я, перебив старика. — Всем мирам угрожает невероятная опасность. На самом деле, я даже не обладаю сейчас полностью своим материальным телом… Ох, Электи, это такая долгая и длинная история! Но у нас каждая секунда на счету! Если тех, кто сейчас находится с нашими телами, поймают враги, то…
Он понимающе кивнул, а затем проговорил:
— Идемте, я провожу Вас к Вашему жениху.
Проходя по широким коридорам дворца, мы то и дело встречали стражу или придворных, которые учтиво склоняли головы перед нами. Я даже не знала, как себя вести и поэтому просто кивала в ответ. Меня невероятно мучила Перчатка, надетая на руку: мне страшно хотелось испробовать ее силу, посмотреть, на что я теперь способна, но здравый смысл, который сидел где-то очень глубоко во мне, отчаянно твердил, что самое разумное — снять ее, причем немедленно. Но, как только я тянулась свободной рукой к Перчатке, я одергивала ее и снова разгоралась наслаждением, которое приносила мощнейшая сила…
Оказавшись, наконец, в больничном крыле, я увидела лежащего на кушетке Хиланена…
Бледный, безвольный, он тяжело дышал через маску и его глаза старались сфокусироваться на мне. Мне вдруг стало его невероятно жалко. Он в лепешку готов разбиться для меня. И из-за меня постоянно находится в опасности.
— Я оставлю Вас с женихом одних, — проговорил Электи сзади меня. – И, Ваше Высочество, — позвал он меня. Я обернулась. — Я понимаю, что вы заняты благородным делом. Но мы будем ждать Вас здесь. Возвращайтесь, прошу!
— Непременно.
Электи вышел, оставив нас одних. Хиланен изобразил удивленное выражение лица, с усилием приподняв одну бровь. Да, представляю, что он сейчас подумал… Я нежно погладила его по волосам и тихо проговорила:
— Ты готов вернуться?
Хиланен тихонько моргнул, дав понять, что готов отправиться обратно. Я крепко сжала его ладонь и закрыла глаза…
Похоже, что мы опоздали.
— Беги, сестра Тули! — раздался отчаянный крик Танти, когда ко мне вернулись чувства, и я опустила голову. Я мигом схватила крепче Хиланена, едва стоящего на ногах и потянулась рукой к жрице, но судебный пристав схватил девушку сзади и полоснул ей ножом по горлу, а затем с силой ударил меня кулаком в солнечное сплетение. Я отлетела назад, но монахи, помогавшие нам с обрядом, не дали мне упасть. Внутри меня вскипела злость. Я почувствовала жгучий, рвущий нутро гнев. Встав на ноги, я твердыми шагами пересекла центр святилища, схватила пристава за горло рукой, одетой в Перчатку и отшвырнула в стену. А потом, схватив Хиланена, всеми силами воссоздала в своей памяти радужные нити Бивреста.
Каково же было облегчение, когда я почувствовала его под своими коленями… Хиланен рухнул на мост, а я легла, накрыв его своим телом, не в силах пошевелиться. Вокруг поднялась суета, стражники Асгарда с опаской спешили к нам, но силы так стремительно меня покидали, что я держалась лишь для того, чтобы лично передать Перчатку…
Я оставлю ее себе…
Что за чушь?! Я же не собиралась ее забирать!
