Сама не знаю почему, но я выбрала именно общество «Землян» для своего времяпрепровождения на следующий день. Было немного неприятно, что к моим покоям приставили охрану. Но Один заверил меня, что это исключительно для защиты меня и будущего наследника, и что он полностью доверяет мне. Хотя подсознание говорило о другом: такое ощущение, что он решил перестраховаться, увидев, как легко теперь меня вывести из себя и заодно услышав колкое замечание Старка: «Да все беременные долбанутые на оба полушария!».
— Одного из них ты знаешь, — Фьюри ненадолго запнулся. — И, возможно, помнишь — Фитц.
— Да-да! Я помню! — радостно ответила я, отвлекаясь от своих мыслей. — Когда я с ним познакомилась, у них что-то случилось на вашей… базе. Он сказал, что кто-то пропал, я не помню имени…
— Да, пропала агент Симонс, — кивнул директор. — Но сейчас все в порядке, мы сумели отыскать ее.
Я кивнула в ответ. Когда меня представили Фитцу, он был просто убит тем, что пропала его коллега. А может, не просто коллега? Как же у людей все просто: они любят, встречают трудности на своем пути, борются с ними и, как правило, побеждают… А я, как дура, сижу тут и ничего не помню. Скульд рассказала мне о нашей с Локи безмерной любви, но какой в этом смысл, когда в моем сердце может ветер гулять — так там было пусто…
— Как ты себя чувствуешь? — голос Бэннера вновь вывел меня из раздумий.
— Как дура, — проговорила я, задумчиво смотря в одну точку. Послышались сдавленные смешки. Да… Вам-то смешно.
— Не злите ее, вдруг она позеленеет? — театрально округлив глаза, указал на меня пальцем Старк.
— Твоими стараниями точно позеленею, — злобно ответила ему я. — Кстати, кто такой Халк?
— Думаю, что ты с ним скоро познакомишься, — немного замявшись, ответил Бэннер. — Главное — смотреть с расстояния.
Так как исчерпывающий ответ получить мне не удалось, я просто вздохнула и, перейдя в другой конец комнаты, подошла к широкому подобию камина. Уже вечерело, и в Асгарде становилось прохладно. А огонь, танцующий в резной чаше, потихоньку разрастаться все больше по мере того, как начинало холодать. Удивительно. Думаю, это магия.
В зал, в котором мы находились, зашел кто-то еще, но я не оборачивалась. Я подошла к огню так близко, что его жар стал приятно ласкать лицо. В последнее время я все время мерзну. Это жутко раздражает. Стараясь согреться, я куталась в самые тяжелые накидки, которые попадались мне на глаза в моих покоях, а потому стала чем-то похожа на верховного жреца своего монастыря. На «очень беременного» верховного жреца…
Тихонько хихикнув своим мыслям, я вытянула руку и подставила ее под горячие языки пламени. Вся кожа приятно отозвалась на долгожданное тепло и, поднеся руку к себе, я забрала часть этого магического огня, держа его в ладонях, словно это было хрупкое и нежное существо. Раскрыв ладонь, чтобы полюбоваться своим рыжим «приятелем», я вскинула руки, и рукава платья съехали вместе с накидкой к локтям, позволив огню подняться по рукам выше.
— Меня одного пугает инфернальное поведение этой маленькой пузатенькой ведьмочки? — раздался голос Старка за моей спиной. И, хоть в ответ на его реплику снова послышались смешки, голос его, на мой взгляд, был действительно немного напуган. Мелочь, а приятно.
— Друзья! Ну что вы кисните здесь?! — раскатисто пробасил Вольштаг. Его-то появления, вместе со своими друзьями и Тором, я и не заметила. — Не лучше ли в преддверии таких нелегких времен отправиться вниз и отведать великолепных Асгардских вин и угощений? Уверен, попробовав их, вы будете сражаться в бою, как демоны — так захотите попасть в Вальгаллу, чтобы пировать этими яствами вечно!
Вот, если честно, меня это никак не мотивировало, в отличие от остальных. Видимо, они не придают этому такого значения, как я… Яркое, настолько живое воспоминание собственной «временной смерти» в Хельхейме было еще настолько свежо, что подобные шутки, мягко говоря, не казались мне смешными. Я помню жуткую тишину в своей груди и тоскливые, опустошающие пейзажи этого проклятого мира. Лучше бы я забыла это, а не то, как оттуда выбралась…
Но зал заполнился воодушевленными мужскими голосами, и все поспешили удалиться, чтобы попробовать угощения мира Богов. А я, опустив руки, заставила пламя послушно исчезнуть, а затем несколько секунд просто вглядывалась в огонь, разожженный в камине.
— Пойдем, девочка, ты, наверно, умираешь с голода! — раздался в дверях голос Вольштага. Я обернулась и встретилась с ним взглядом. Вот тут он попал в саму точку. Мне страшно хотелось есть.
— Как ты угадал? — улыбнулась я и нерешительно направилась за ним.
— Ну, когда моя любимая супруга ждала нашего первенца, она уплетала еду с такой скоростью, что даже я завидовал! — Вольштаг подмигнул и улыбнулся в бороду. — А после того, как она поест, ей хотелось только одного — поспать!
Я рассмеялась, умиляясь тому, с какой теплотой он рассказывает о своей возлюбленной. Может, мне удастся немного отвлечься от всего, что со мной происходит? В любом случае, это лучше, чем в одиночестве созерцать стены дворца.
***
