Тор негодующе нахмурил брови. Он сетовал на то, что Локи сильно рисковал и эфиром, и собой, отправившись к Коллекционеру в обличии старшего брата. Но было ясно, как день, что это просто задело его самолюбие. Тор был Богом с огромным добрым сердцем, прекрасным воином, но, чего уж греха таить, хитростью и умом, младший брат его превосходил. Причину его злости, вопреки мнению Громовержца, понимал каждый из присутствующих, но никто не хотел открыто об этом говорить.
А я вообще говорить не собиралась. Я уничтожала потрясающее кулинарное творение Вольштагга, которое он принес для себя, но… Упустил, так не вовремя отвернувшись. Теперь он почти с отеческой нежностью смотрел, как я уплетаю за обе щеки его бутербродоподобную еду.
– Ты бы мог сказать мне, я бы тебя поддержал, – продолжал негодовать Тор.
О, сомневаюсь….
– Чего теперь кулаками махать? – вальяжно заговорил Локи. – Дело сделано. И теперь перед нами стоит самая сложная задача, – трикстер уселся в свое кресло, скрестив руки на груди. – Ты догадываешься, почему я обратился к тебе за помощью?
– Чтобы твой очередной план порабощения всего живого не был заметен? – ехидно ответил Тор.
Один-один. А Тор не так глуп, как иногда кажется.
– Я не идиот. Порабощать все живое с помощью имеющихся камней без перчатки – невозможно, – Локи обернулся ко мне. Я радостно жевала, облокотившись локтями о его шикарный каменный стол, изо всех сил стараясь не уронить кусочек мяса или помидор на какой-нибудь древний фолиант. – Когда дама дожует, она поделится с нами одним секретом… По словам Скульд, Один скрывает что-то важное.
– И что же это? – Тор с презрением смотрел на младшего брата.
– Я еще не узнал, – ответил Локи. Похоже, старший брат застал его врасплох.
– Такая великая тайна, а ты ее еще не узнал? – Тор развеселился. – О чем же вы говорили всю ночь?
Локи недовольно опустил глаза, а я залилась краской. О, Духи, только не смотрите на меня, я сейчас умру со стыда…
– Есть на свете боле важные вещи, чем тайны мертвых! – с упоением произнесла Идунн. – Для них слова не требуются!
После этих слов у меня тоже появились сомнения по поводу ее вменяемости. Кто ее вообще сюда позвал?! Вольштагг, улыбнувшись, хмыкнул, а Фандрал тихонько присвистнул. Только Сиф, к моей огромной благодарности, учтиво промолчала.
– А Идунн откуда… – начал было Тор, но потом его глаза округлились. – Иггдрасиль? Вы что там…
– У Одина вторая перчатка! – заорала я, с трудом проглотив огромный не пережеванный кусок сдобного теста.
В комнате повисла тишина. Теперь можно было с легкостью услышать шелест качающихся на ветру занавесок. Все присутствующие повернулись в мою сторону. Мне стало жарко под длинной черной шерстяной накидкой, а корсаж платья показался таким тугим, что стало трудно дышать.
– Не-е-е-т! – с улыбкой протянул Фандрал, тряхнув светлой шевелюрой. – Этого не может быть!
Я посмотрела на Локи. Трикстер о чем-то сильно задумался, пока Фандрал подтверждал свои слова фразами из разряда «не может и все». Тор тоже задумался.
– Где он ее хранит? – опустив глаза спросил Тор.
– Мне-то откуда знать? – искренне удивилась я. Громовержец поднял на меня внимательные глаза. – Ты его сын, тебе виднее! – произнеся эти слова, я мельком глянула на трикстера. Иногда мой язык мелет быстрее, чем я соображаю…
– Та копия, из драгоценных металлов, которая хранилась в сокровищнице, она может быть подлинной? – тихо проговорил Локи.
– Если и так, то нам этого не узнать, она была утеряна после нападения ледяных великанов, припоминаешь такое событие? – ответил Тор с некоторым ехидством.
– А что, если она исчезла намеренно? – спросила Сиф, о присутствии которой я даже успела забыть. Теперь все перевели взгляды на нее. Судя по виду Локи, в его голове выстраивалась какая-то удивительная мозаика. Каждый элемент вставал на место, открывая нам суть прошедших событий.
– Есть только один способ узнать! – нарушила я вновь повисшую тишину. – У кого предположения, в каком направлении у вас тут намеренно исчезают вещи?
Своим вопросом я вогнала Асов в еще более глубокое размышление. Вольштагг и Тор в задумчивости поглаживали бороды, а Фандрал стал теребить кончик усов. В моей голове пронеслась глупая мысль о только что раскрытом истинном предназначении бород у мужчин – чтобы лучше думалось…
– Вообще-то, есть одно место, – прервал поток моих нелепых мыслей Локи. – Покои матери закрыты для всех, кроме Одина.
– И ты предлагаешь просто вломиться туда, наплевав на все запреты Всеотца? – пробурчал Вольштагг. – А что, если это просто копия?
– А что, если нет?! – вспылил Локи. – Давайте спросим у Одина, есть ли у него Перчатка Бесконечности, я-то пойму, если он захочет утаить правду! Но что тогда?! Вторая перчатка есть! Возможно, здесь, во дворце! Сестра Тули не лгала! И если Один узнает, что нам об этом известно, то нам ее не видать!
Локи тяжело переводил дыхание, после такой пылкой речи.
