Они нашли главаря дезертиров лежащим на спине, еще живого и в сознании. Окровавленная рука не отпускала торчащее в небо древко. Черные глаза нашли Дассема, едва тот присел рядом. Коса следила издали.
Луэл облизнул багряные губы и шепнул: - Кто же ты?
- Я Дассем Альтор.
Взрыв смеха оросил кровью грудь и бороду. Офицер оскалился. - Нужно было понять. Я был в Хенге. Слышал, что там Меч Худа.
Дассем кивнул. - Мне жаль.
Командир слабо пошевелил плечами. - Ладно. Теперь ты несешь смерть на юг.
- Не таково мое намерение.
Рука соскользнула с копья. - Но она... идет... за тобой...
Дасем закрыл ему глаза, встал и повернулся к Косе. Кровь забрызгала ее брюки, рубаху и боевую маску.
- Думаю, тебе больше не рады в караване, - сказала она.
- Не сомневаюсь, тебе тоже. Прости.
Она махнула рукой. - Плюнь. Я намерена вернуться к своему народу.
Он кивнул. - Пойду соберу лошадей. И уеду.
- Я позабочусь, чтобы тебе не мешали.
- Спасибо. - Он протянул руку. - Коса...
Она стояла навытяжку, руки по бокам. - Да?
Он протяжно вздохнул и уронил руку. - Всего доброго.
Женщина чуть склонила маску. - Тебе того же, Меч Худа. - Отвернулась и пошла в лагерь.
Он выждал, пока она найдет и поговорит с Хорстом, потом пошел искать лошадей.
***
До настоящей зимы было далеко, но ледяной ветер холодил Картерону спину, пока он сидел на груде канатов, осматривая бегучий такелаж парусов с главной мачты. Почти все элементы были старыми и слишком изношенными; впрочем, нравилось ему это или нет, придется обойтись имеющимся инвентарем.
Времени поднять "Закрученный" в сухой док не было. Чосс занимался починкой внутри трюма, Картерону достались верха. Сердце болело, когда приходилось пропускать в работу ветхие тросы и кустарные блоки, но по приказу Мока ни один торговец не готов был продать им хотя бы гвоздь или локоть парусины. Даже из-под полы!
Стояла ночь, но сменная команда трудилась при свете факелов и фонарей; другие работники спали в гамаках между мачтами, на местах матросов. Приходилось пользоваться тем, что удалось выклянчить или даже украсть; этим занимался Зубоскал. Он уже достал немного новых канатов, досок сомнительного происхождения и свежей смолы.
Картерон работал целыми днями, но засыпал с трудом - его тревожило периодическое появление нахта, неофициального талисмана корабля. Странная тварь не вызывала в нем малейшего доверия. Прощай, та вообще наотрез отказалась ночевать на борту.
Угрюмая показывалась редко. Она жила в "Смешке", окружив себя новой охраной, выбивая деньги всеми способами, на которые была способна. Без сомнения, ей не терпелось поскорее увидеть день отплытия.
Он сел, положил ладони на бедра, растягивая шею и спину. Нечестно. Ее безопасность важна ему не меньше, чем остальным. Впрочем, организация Гефа, ныне управляемая женщиной-лейтенантом, затихла, стараясь восстановить силы. Обманщик, судя по всему, не просыхал неделями. Похоже, мудрые приказы торговцам отдавал от его имени совет капитанов.
Картерон замер, ощутив, что ветер уже не дует в спину, но налетает с суши. Удивленно огляделся, с недоумением видя темные густые тучи над островом. Блеск слепящих молний заставил капитана заморгать. Он вскочил, глядя на юг. Темно-пурпурное ночное небо было ясным - странно, ведь почти все шторма приходят здесь с юга.
С ледяной воды поднимался плотный туман, обволакивая доки. Он подошел к люку и крикнул: - Хаул. Тебе лучше подняться.
Колдунья уже поднималась по крутому трапу. Подошла к борту и уставилась на берег, на город.
- Что там такое?
Она озабоченно повернулась к нему. - Тень...
- Неужели? - Он озирал затянутые туманом улицы. - Думаешь... это наш приятель?
Снизу донеслась испуганная ругань; волосатое существо вылетело на палубу, прыгнуло за борт и поскакало по пирсу, пропадая в змейках тумана.
Хаул лишь воздела бровь. Картерон кивнул, поняв ее. - Нужно предупредить Угрюмую. Я пойду.
- Не в одиночку. - Хаул склонилась над грузовым люком. - Арко! Ты еще внизу?
- И чего? - раздался привычный рев.
Она повела пальцем перед Картероном. - Пойдешь с братом.
***
Зубоскал, пришлось признать Недуриану, понимал толк в "плошках". Недуриан играл всю жизнь, от запада Квона до востока, а теперь нашел знатока в нескладной фигуре погрузневшего, покрытого шрамами бойца на ножах. Человека, не менее него самого искушенного в стратегиях непростой игры.
Он переместил камень и начал обдумывать ходы, пока Зубоскал грыз ноготь, не отрывая глаз от доски. Впрочем, вскоре напану надоело ждать, он поднял голову: - Ну, что?
Однако Недуриан не услышал. Уже некоторое время его что-то беспокоило, несмотря на вовлеченность в игру. Наконец он ощутил это: мурашки бегали по рукам, волоски встали торчком на шее.
Маг встал, уронив стол и перемешав камни. Зубоскал отскочил, руки уже тянулись к пожелтевшим костяным рукоятям ножей за пазухой. - Так что там?
Туман окутал улицу, сверху нависли тучи. Недуриан следил, держа наготове свой Садок. На его глазах тени удлинялись и ползли, шевелясь словно по своей воле. Он пошел к выходу.
- Что там? - твердил Зубоскал.
