– Ольга заберет Лизу часов в десять. Ее вещи с тобой? Моя жена сама отвезет их в аэропорт, тебе не надо там светиться. Что надумала? Можно, взять моего знакомого адвоката, хотя не вариант, что он не сольет информацию своему коллеге. Я не могу даже попытаться сейчас его искать. Потерпи, приземлится самолет, позвонит Ольга и ринемся в бой. А может, ты мне не доверяешь?
– Станислав Сергеевич, там, где крутятся большие деньги, трудно справится с искушением. Иногда возможность легкой наживы, заставляет забыть друзей, предать их. Вы можете подставить меня и даже Юру, но вы не сможете навредить Лизе.
–Не задавай глупых вопросов, не будешь получать глупых ответов – это я о себе. Все будет хорошо. Иди, работай.
Надя прошла в свой кабинет, изображая вышедшую из себя истеричку. Плотно закрыв дверь, она кляла Ильина в хвост и гриву. Она бросала на стол папки, двигала шумно стулья минут пять. Все это закончилось рыданиями, правда, без слез, но слушатель обязан был поверить в театр одного актера. Она повторила вчерашнюю настройку компьютера, вскипятила чайник, между делом выпила кофе, решила проверить свою сумку на наличие «насекомых». Сумка была «чистая». «Или я слепая. Значит, микрофоны поставили только в верхнюю одежду, висевшую у входа, гостиную и столовую. Кто был в доме после ареста Юры? Адвокат, он пил с нами чай в столовой. Следователь, с ним я беседовала в гостиной. Кто бы то ни был, на жучках должны остаться их следы, а до суда их попытаются снять. Если противник убедился, что Смирнову помочь не кому и не чем, необходимость в них отпадет, как и слежка за мной. Надо об этом не забывать», – думала она, набирая домашний номер телефона.
– Никитична, это Надя. Ты сегодня оставайся дома, сиди тихо, как мышка. Запри все двери и окна, и никому кроме меня не открывай, кто бы это ни был. Будут слишком настаивать, звони в милицию и на пульт охраны, а будут говорить, что из милиции набери меня. Ничего не бойся, я заберу Лизу из школы и приеду. Ты меня поняла? Никому, кроме меня.
Это была часть ее плана. Она в панике, помочь ей не кому. Еще она сыграет похищение Лизы, и противник будет сбит с толку. «Только бы у профессора все получилось. Адвокат мне нужен, но еще больше нужен совет, где его найти, найти профессионала и помогут ли Юре бумаги, найденные мной на квартире. Куда с ними идти?» – думала она, поглядывая на часы. Она выключила компьютер, закрыла кабинет, и покинула здание обычным путем. Сев в свою машину, направилась в институт. Профессор ждал ее, находясь в компании с мужчиной своих лет, с седой шевелюрой и очками в тонкой оправе. Профессор познакомил Надю со своим визави, и без предисловий сказал:
– Леонид готов взяться за дело твоего мужа, но берет он дорого, а как я понимаю, денег у тебя нет.
– Сколько стоят Ваши услуги? – спросила Надя. – Я найду деньги. Мне важно знать, если гарантия того, что это ему поможет?
– Я не берусь за дела заведомо проигрышные. Мы сейчас поедем с Вами к следователю, а дальше моя забота. Деньги выплатите мне по окончанию дела в суде. Вашу порядочность, профессор мне гарантировал. Сумма Вас не шокирует?
– Сумма меня обнадеживает. У меня в доме и на работе жучки, в верхней одежде тоже жучки, мою машину «охраняет» все время серый седан. Я не уверена в том, что кроме прослушивания и слежки нет других сюрпризов.
– Вот с этого и начнем наше расследование. Едем прямо в прокуратуру. Вы езжайте вперед, а я за вами, включив регистратор.
Надя предложила поехать в школу, где по ее плану «похитили» Лизу, о чем она скажет в машине и что собьет с толку противника. Будут веские доказательства посетить прокуратуру по другому делу. Конечно, ни о каком похищении в прокуратуру заявлено не было, было написано заявление о прослушивании. Следователь и криминалист выехали по заявленному адресу, сняв жучки и отпечатки с них. Со стороны, это, похоже, было на спланированное похищение, но вся команда преследовала другие цели. Уже на следующий день были арестованы юрист компании, адвокат и партнер Юрия по бизнесу. Ему не удалось перевести деньги до суда, все счета компании были арестованы. Бумаги, найденные Надей, и хороший адвокат развалили обвинения в хищении в особо крупных размерах. Дело, шитое белыми нитками на «заказ», развалилось у следователя по особо важным делам, как карточный домик. Дело пересмотрели в кратчайшие сроки, сняв все обвинения со Смирнова. Через неделю, после начатой «операции», Надя встречала мужа у ворот изолятора. Кошмар для Юрия, просидевшего месяц под арестом, закончился. На календаре было 18 февраля 2000 года.
– Ты моя спасительница, – говорил он жене, крепко целуя ее. – Поехали домой. Мне кажется, я не был дома слишком давно. Как Лиза?
– Она прилетит в воскресенье утром, я встречу ее, а тебе надо будет заняться делами компании и возвратом долга Стасу за адвоката. Если там не так все плохо, через пару дней возьмешь отпуск. В выходные отдохнешь и за дело. Согласен?
– Я с тобою на все согласен, но с одним условием, что до утра воскресенья мы никого не принимаем, даже Стаса.
