После гибели Хельдера Паоло стал осторожнее, замкнулся, но Ванда не ожидала, что он совсем забросит любимое увлечение.
– Ладно, скажу. Речь про Гавайи.
– Гавайи? – удивилась Ванда.
– Можем встретиться в Гонолулу и провести там неделю. Что-то вроде медового месяца.
– Не уверена, что я этого хочу, Паоло. – Ванда вздохнула.
– Не уверена? Я предлагаю тебе неделю в раю, а ты сомневаешься?
– Мы месяцами не видимся, а сейчас ты ведешь себя так, словно мы обычная пара, планирующая каникулы. Это странно.
– Ванда, важна любая возможность побыть вдвоем. Ты знаешь, как у меня мало времени. Кроме того, у меня запланированы съемки тропы Калалау.[41]
– То есть ты хочешь взять меня с собой, а сам будешь работать?
– Ну хватит! Это же одна из красивейших дорог в мире, тебе понравится. Ты знала, что там снимали “Кинг-Конга”?
– Раз так, точно надо ехать, – усмехнулась Ванда.
Паоло не сдавался.
– Ты полетишь обычным рейсом, а мне придется проделать путешествие во времени, чтобы присоединиться к тебе.
Ванда недоуменно вскинула брови:
– Опять эти твои безумства. Ты о чем?
– Технически это выглядит так: я вылетаю из Японии в девять утра и прилетаю в Гонолулу в полдень, но почти на сутки раньше.
– То есть? – удивилась она.
– Разница во времени между ними девятнадцать часов.
– Как мило. Ты не меняешься.
– А это плохо?
– Думаю, нет.
Они почти не двигались, просто слегка покачивались в такт музыке. Паоло заглянул Ванде в глаза:
– Что с тобой такое? Ты какая-то холодная, чужая. Мы несколько месяцев не виделись, я зову тебя в романтическое путешествие, а тебе все равно.
– В рабочую поездку – одним выстрелом убить двух зайцев, – перебила она, – как ты всегда и делаешь.
– Не будь ко мне так сурова, ты же знаешь, какой у меня график. Мы встретились всего на пару дней, а ты… ты как будто вообще не здесь.
– Да? Готова поклясться, что прямо сейчас я танцую с тобой в обнимку.
– Я же о другом, Ванда. Ты одновременно здесь и не здесь.
– Но тем не менее я здесь.
Паоло вздохнул:
– Ты понимаешь, о чем я. Ты поздоровалась со мной, словно я просто твой знакомый или мы уже сто лет женаты и до смерти наскучили друг другу.
Ванда горько рассмеялась.
– Ты так говоришь, Паоло, будто жениться и прожить вместе жизнь – это кромешный ужас.
– Да я не об этом, а о твоем равнодушии.
– То есть ты теперь меня обвиняешь в отсутствии интереса к нашим… отношениям? – возмутилась Ванда. – Ну разумеется… В общем, нам пора перестать строить совместные планы, Паоло.
– Что?
Они остановились, но не разжали объятий.
– Просто я считаю, что у нас с тобой нет будущего. В последний раз я тебя видела семь месяцев назад, а сейчас ты как ни в чем не бывало зовешь меня в романтическое путешествие на Гавайи. У меня вообще-то тоже есть своя жизнь, Паоло.
– Я… Я думал, между нами… У тебя во Фрайбурге кто-то есть?
– Нет, никого у меня нет. Но у нас с тобой тоже ничего нет, и, по правде говоря, никогда и не было. Я тебе не подружка, которую можно приласкать, когда тебе удобно.
– Черт, Ванда, а ты сама чего хочешь? Жить в своей квартирке во Фрайбурге, завести детей, хлопотать по хозяйству?
– Паоло, не начинай. Я не пресная домохозяйка, но и ты не самый великий авантюрист в мире. Я не собираюсь тебя менять, но мне нужна хоть какая-то стабильность, хотя бы время от времени. А ты не звонишь неделями, даже на сообщение не расщедришься. – Она замолчала и посмотрела на него.
– Я был ужасно занят, этот японский проект выжимает все соки.
– А, ну да, ваше путешествие к центру Земли. – Она устало улыбнулась, но во взгляде была злость, даже гнев.
– У нас возникли проблемы с финансированием.
– Какая неожиданность.
Он взял ее лицо в ладони:
– Ванда, не уходи из моей жизни. Я люблю тебя.
Она опустила голову, пытаясь скрыть слезы. Он впервые сказал ей, что любит. Впервые. Она с трудом заговорила:
– Мы слишком долго играем в эту игру, Паоло. У нас разные приоритеты, а я хочу быть для тебя на первом месте, понимаешь?
– Нет, не понимаю. Раньше ты была такая же, как я, ты меня понимала – понимала, что у нас есть миссия – наука, открытия. Проекты, которые могут изменить мир, сделать его лучше.
– Изменить мир! Паоло, ты не Господь Бог. И ты ошибаешься, я никогда не была такой же, как ты. А если и была, то изменилась. Может, ты и не одобряешь, но для меня это настоящая эволюция.
– Эволюция? И к чему ты пришла, к унылой обывательской жизни? Нашла зону комфорта?
– Давай без демагогии, Паоло. Я пришла к пониманию, что мы не столь значительны, как полагали. И все, что у нас есть, – это люди, которых мы любим и о которых заботимся. А я не замечала, чтобы ты в последние месяцы проявлял ко мне особый интерес. Я могла умереть, ты бы даже и не заметил.
– Не смей так шутить, Ванда. Я правда был очень занят. Наш проект столкнулся с трудностями, мы были в шаге…
– Хватит, Паоло. Ты не можешь измениться, а я этого и не жду. Ты такой, как есть, и другим уже не станешь.
Он покачал головой:
– Погоди, дай мне все же объяснить…
– Прошу прощения, сладкая парочка! Позвольте потанцевать с принцессой! – раздался голос Артуро.
