— А что надо делать? — спросил Олежка; это был красивый мальчик с открытым пионерским лицом и проникновенным взором; если такой малыш жалобным голоском попросит денежку на хлебушек, ему отдашь последние крохи.
— Ребята, это дело государственной важности, — ответил я, сделав очень строгое лицо. — Вы будите работать на ФСБ. Задание очень ответственное и требует от вас полной собранности.
Они затихли и слушали меня с широко открытыми глазами, и у меня было такое чувство, словно они ждали это предложение всю свою жизнь.
— Следить нужно за женщиной, — продолжил я голосом майора Пронина, — но она приведёт вас к мужчине. Вот этот крендель мне и нужен. Следить нужно будет круглосуточно и находится нужно будет в районе её дома. Если она куда-то пошла, вы идёте за ней. Если она села в трамвай или в автобус, вы должны запрыгнуть туда же. Если она зашла в подъезд, вы должны выяснить в какую квартиру и всё записать: номер дома, номер квартиры. Если она встретиться с мужиком, то вы должны следовать за ними неотступно и запоминать всё, что они делают. Если она уедет с ним на машине, записать номер. Задача понятна?
— А у вас какое звание? — заикаясь спросил Володька.
— Называйте меня — товарищ майор. А вообще-то меня зовут Эдуард Юрьевич.
— Да чё тут непонятного? — сказал деловито Олежка. — А сколько будете платить?
— Двадцатку в день и двадцатку ещё на текущие расходы, то есть на трамвай, автобус и прочее.
— Каждый день? — поразился Володька.
— Каждый день, но за добросовестную работу. Если будете халтурить, ни то что денег не получите, а получите от меня такого леща, что мало не покажется.
— А кто эти люди? Ну-у-у, эта женщина? Мужик этот, которого мы должны вычислить? Кто они такие? — спросил Володя.
— Это враги народа, — ответил я с придыханием и даже сделал осторожную паузу, когда мимо проходила какая-то парочка. — Эти люди работают на американские спецслужбы. Теперь вы понимаете, какое серьёзное дело вам доверили?
— Понимаем, — ответили они хором, и вид у них был, как у комсомольцев из «Молодой гвардии».
Каждый день они звонили мне на работу и отчитывались о проделанной работе. Примерно один раз в два дня я забивал им «стрелку» в районе Учительской и передавал деньги. Работали они слаженно, красиво, как настоящие специалисты наружного наблюдения, но интересной информации не было: по всем адресам, где она появлялась, оказывались её родственники или подружки.
Прошло две недели, а «резидент» так и не появился. Я был в полном отчаянии, но даже не допускал мысли, что его просто не существует и я гоняюсь за собственным хвостом. Я не знал, что ещё можно предпринять, и потихонечку собирал чемоданы. Если раньше я панически боялся измены: ревновал, ночами не спал, работать не мог, — то в августе, особенно ближе к середине, я уже хотел, чтобы
С гримасой разочарования я слушал тоненький голосок в телефонной трубке:
— Вчера на улице Ленина, на трамвайной остановке, к ним подъехала крутая чёрная иномарка. Там сидели молодые пацаны. Её подруга хотела с ними потрещать, но ваша шпионка вела себя очень осторожно, и они отошли подальше от этой тачки.
— Шифруется, дрянь, — прошелестел я в трубку. — Ох, лиса-а-а-а-а… Хитрожопая лисица… Ещё какие-то контакты были?
— На набережной подкатили двое фраеров, — продолжала пищать телефонная трубка. — Они немного поболтали и пацаны ушли. Я так и не понял, это были их знакомые или какие-то левые.
— Ладно, молодцы… Работайте дальше.
Несколько раз они её «просохатили» (как они сами выразились), но каждый раз она уже в одиннадцать возвращалась домой одна. Её родители всё лето жили на даче, но каждую ночь она спала либо со мной, либо одна.
В один прекрасный день они не вышли на связь, и я поехал на Учительскую, там я их не нашёл и забеспокоился, но на следующий день зазвонил телефон и в трубке послышался эдакий официальный баритончик:
— Эдуард Юрьевич?
— Да, это я.
— Здравствуйте. Это вас беспокоят из милиции. Старший лейтенант Лаврененко. Я бы хотел узнать… Э-э-э, как бы это выразиться? — перекладывал он слова из одной тональности в другую. — По поводу-у-у Ваших подопечных…
— А в чём, собственно, дело?! — спросил я с лёгким раздражением.
— Ваши подопечные Володя Козинцев и Олег Петренко утверждают, что они работают на ФСБ и что Вы их начальник. Они дали Ваш номер телефона и потребовали, чтобы мы срочно с Вами связались, иначе у нас будут большие проблемы… И что мы, типа, срываем серьёзную операцию по захвату изменников родины.
Я молчал в трубку, не зная, что сказать и как себя вести в данной ситуации.
— Эдуард Юрьевич, как Вы можете это прокомментировать? Вы меня слышите?
— Да-да, конечно, всё так и есть… Это
