Во дворе заброшенного дома стояло три мощных автомобиля-близнеца, и, чтобы я не ошиблась машиной, охранники грубо, зацепив разбитую губу, втолкнули меня внутрь одной из них.
Он был уже там, на заднем сидении, отрезанном от водителя непроницаемой шторой.
Я оказалась так близко от него...и так далеко.
Как только за мной захлопнули дверцу, я отодвинулась от него к самому окну и стала потихоньку вытирать с губ кровь, хлынувшую с новой силой. А она все текла и текла, вскоре разрисовав оба мои рукава свидетельствами его рукоприкладства.
- Кажется, я не рассчитал силу удара, - нервно засмеялся Кристоф, нарушая гнетущую тишину.
- Считаешь, что мало? Ничего, у меня еще много органов, которые можно искалечить.
Он посмотрел на меня в упор, сжав кулаки добела, и гоняя желваки, рыкнул:
- Это не надолго, Диана, - не оставляя сомнений в том, что действительно собрался меня убить.
Должно быть, это дурной сон, подумала я, до сих пор - даже после его удара - не в силах поверить в реальность такого разговора между нами.
Бесконечно мудрый, с многовековым опытом интриг, владеющий глубоким интеллектом, сейчас он был глупей зеленого юнца!
- Ты знаешь, Кристоф, я никак не могу понять... - чувствуя тщетность всех усилий, я все же не могла отказаться от попытки донести правду до него. - Это же нелепо, немыслимо, чтобы ты этому поверил! Ты же глаз с меня не спускал, я всегда была под охраной, я физически не смогла бы изменить тебе! А теперь меня украли, опоили какой-то гадостью и ты...
- Замолчи! - его губы, исказившись в гримасе, приоткрыли клыки. - Когда твои руки им пахли, я промолчал, когда от всего твоего тела несло его запахом, я пытался отмыть его и забыть об этом... Но, Диана, застав тебя с ним в постели... неужели ты думаешь, что я идиот?!
- Что за...?
- Ты пахла Адамасом!!! - заорал он и в притворном изумлении покачал головой. - Я не находил ответа, как такое возможно... Но, знаешь... теперь мне это уже не интересно!
- Кристоф...я люблю тебя, поверь мне. Хоть раз в жизни...
- Твоя жизнь слишком коротка! - отрезал он и спустя мгновение выволок меня на улицу - оказалось, что мы уже приехали, но оглушенная непостижимыми обвинениями я не замечала ничего вокруг.
- Кристоф... - начала я снова по инерции, но сильный рывок сбил меня с ног.
Все слилось в сплошную полосу - полосу унижения и боли. Под взглядами моих бывших слуг, полными тайного удовольствия, он тащил меня как вещь. Не особо ценную, и потому не было нужды останавливаться на порогах, не было необходимости поберечь меня на ступеньках... И если вначале я проявляла чудеса изворотливости, уклоняясь от самых острых углов, то достигнув его крыла - нашего крыла в далеком, почти забытом, прошлом - я, израненная и избитая, уже равнодушно принимала новые удары, синяки и ссадины.
- Диана! - возглас Мойры заполнил весь дом, и вдруг мне стало хуже - ее искреннее сострадание напомнило о моей невиновности и о том, что я еще жива...пока.
- Пожалуйста... больно... Кристоф... - в моем голосе было все - покорность, мольба, принятие судьбы...
Казалось, я пробилась сквозь его ледяной щит на мгновение, но потом он продолжил безжалостное продвижение, медленно убивавшее меня. И спустя вечность, наконец, достиг комнаты, запустив меня внутрь скользить по полу, оставляя за собой кровавую дорожку...
- Безумец! Что ты с ней делаешь?! - в комнату ворвалась Мойра.
- Мойра, уйди! - закричал Кристоф, и это был не крик, а рев раненного зверя.
- Она же человек! Ты хоть понимаешь, какую боль причиняешь ей? Она же хрупкая...Кристоф, остановись! - и Мойра бросилась ко мне, еле видимая сквозь красный туман, застилавший глаза.
- Уйди! - он перехватил ее на полпути и бросил о стену, свалив полки с ужасающим грохотом.
Но нежная тоненькая Мойра извернулась и бесстрашно кинулась на Кристофа, невзирая на разницу в размерах. Мне хотелось предостеречь ее - сегодня был плохой день, чтобы спорить с братом, но прежде, чем я смогла выдавить хоть одно слово, бой был окончен - Мойра продержалась против него буквально пару минут.
- Охрана! - взревел он и, как только они явились, распорядился: - Заберите ее отсюда!
Было видно, с какой опаской они подходили к ней. Даже вчетвером охранники ее боялись. Но несоизмеримо больше они боялись разъяренного хозяина, и потому, несмотря на все ее мастерство, в конце концов, Мойра была обездвижена.
- И никогда не смей мне перечить! - проорал он ей победно. - А Дианы ты больше не увидишь - я отдам ее на корм!... Нет! Я убью ее сам! Ты слышишь?! Сам убью!
Мойра подняла голову. Ее черный взгляд заставил отшатнуться охранников, и она неожиданно рванулась, стремясь всем телом ко мне, но безуспешно - присутствие Кристофа умножало силы, противостоящие ей. И пока четверо здоровенных мужчин тащили ее из комнаты, она не сводила бездонных глаз с меня, лежавшей грудой на полу...
Отрезав дверью единственного сострадавшего, Кристоф взял стул и, развернув его, сел. Он долго смотрел на меня. И молчал. А мне хотелось спросить его, нравлюсь ли я ему теперь...После всего, что он сделал...
