Я думал, что мой друг и бывший армейский рейнджер Уайлдер сошёл с ума, когда переехал в Дымчатые горы и купил старый шахтерский городок. Перенесёмся на несколько месяцев вперёд, и я начинаю понимать, как здорово жить в оазисе вдали от человечества, пока мы оправляемся от травм и потерь войны.Спустя несколько операций, после которых не был уверен, что очнусь, я с трудом поднялся в горы, чтобы присоединиться к своему другу. Я ожидал долгих дней на солнце, наполненных изнурительной работой, которая казалась мне идеальной. Я не ожидал увидеть милую, застенчивую, неотразимую женщину, работающую в хозяйственном магазине у подножия горы.Я постоянно нахожу поводы заглянуть в магазин, чтобы посмотреть, смогу ли я заставить её улыбнуться или покраснеть. Она болезненно застенчива, но в то же время интересуется окружающим миром. У меня такое чувство, что Джордан была защищена всю свою жизнь, и у меня возникает желание подарить ей приключение, которого она так явно жаждет.Чем больше я узнаю о прошлом Джордан, тем сильнее становится моя потребность защитить её. Присвоение Джордан — моя новая цель в жизни. Я надеюсь, что она готова к встрече с таким горцем, как я.
Хаксли
— Пиломатериалы, новые алмазные сверла, десять листов наждачной бумаги с зернистостью 60 мм и столько шурупов, что наполнят целое ведро. Что ещё есть в списке Уайлдера? — спрашиваю я Кассиана.
Он смотрит прямо перед собой, любуясь пейзажами, проносящимися мимо, пока мы спускаемся с горы за продуктами. Мой бывший армейский рейнджер и друг почти не разговаривал с тех пор, как мы присоединились к Уайлдеру здесь, в Дымчатых горах.
Кассиан хмыкает и отрицательно качает головой один раз. Его лицо твердое, как камень, и угол наклона носа и подбородка более выражен, а лицо наполовину скрыто тенью. Это самый хороший ответ, который я могу получить, поэтому просто киваю и включаю радио.
Песня
Подходящее описание того, что мы все четверо почувствовали, вернувшись в Штаты в последний раз. Уайлдер, Кассиан, Эллиот и я прошли через ад и вернулись обратно, чтобы эвакуировать тот город, пока не начались новые разрушения, и всё же…
Я делаю глубокий, очищающий вдох, любуясь деревьями и листвой, растущей вдоль грунтовой дороги, вьющейся вниз с горы. Здесь, в Дымчатых горах, потрясающе красиво. Суровая красота, смягчаемая только туманом, оседающим на верхушках деревьев.
Мы все сейчас здесь, и это всё, что имеет значение. Ну, почти все мы. Уайлдер, Кассиан и я получили несколько травм. Мне потребовалось несколько операций, но Эллиоту пришлось тяжелее всего. Врачи не были уверены, сможет ли он снова ходить, но за последние несколько месяцев он добился поразительного прогресса. Он должен скоро присоединиться к нам, хотя ему всё равно придётся посещать физиотерапевтические процедуры несколько раз в неделю, пока он полностью не поправится.
Я проезжаю мимо первого указателя на крошечный городок у подножия горы, посмеиваясь про себя над его названием.
Интересно, это игра слов из-за его местоположения или, возможно, название было дано сто пятьдесят лет назад, когда оно не имело такого значения, как сегодня. В любом случае, похоже, что название предвещало то, каким станет город.
Помимо бара, универсального магазина, который одновременно является магазином обуви и одежды, почты и хозяйственного магазина, в этом городе мало что объединяет. Некоторые жители являются фермерами и скотоводами, в то время как другие просто собирают чеки социального страхования и тратят их в баре.
Я проезжал здесь всего один раз во время своего первого восхождения на гору, но этого было достаточно, чтобы понять, что это место, где мечты уходят в небытие. Я думаю, что любому человеку было бы трудно выбраться из этого бедного места, где нет возможностей, а экономика находится в упадке.
Кассиан ёрзает на сиденье, и я понимаю, что он начинает беспокоиться. Ему не нравится слишком долго сидеть взаперти. Понимаю его. Мы провели годы в тесноте, либо в казармах, либо в палатках. Когда мы не были заперты внутри, мы буквально были вместе в окопах.
Все мы четверо вернулись из «Рейнджеров» сломленными по-разному. Физически мы в основном исцелились, за исключением Эллиота. Но эмоционально? Ментально? Я не знаю, восстановимся ли мы когда-нибудь. Или, по крайней мере, я сомневаюсь в своём собственном исцелении.
Что-то, что, кажется, вызывает у Кассиана посттравматическое расстройство в наши дни, — это теснота в помещении. Я был удивлён, что он отправился со мной в эту поездку, но, полагаю, он сделал это только потому, что Уайлдер был занят своей новой женщиной, Ари, а Кассиан знал, что мне понадобится помощь, чтобы погрузить пиломатериалы в кузов грузовика.
Я, конечно, не ожидал, что Уайлдер — сварливый одиночка, бывший солдат, которому пришла в голову безумная идея переехать в Дымчатые горы и купить старый шахтерский городок — найдёт себе женщину. Я думал, что весь смысл строительства нашего собственного городка вдали от общества в том, чтобы, ну… быть подальше от общества.
Ари милая и заботливая, и она была хороша для Уайлдера, это очевидно. Он стал более уравновешенным, менее сварливым и искренне довольным своей жизнью. Я завидую ему в этом. Я до сих пор чувствую себя застрявшим в каком-то чистилище. Я ещё не совсем оставил военную службу позади, по крайней мере, в своём воображении, но в то же время я ещё не полностью принял свою новую гражданскую жизнь.