– Послушай, – ответил Будда. – Сорок лет ты шёл в моём свете и своего не смог достигнуть. Думаешь ли ты, что если бы я прожил ещё сорок лет, ты бы достиг своего света? Чем дольше ты идёшь в заимствованном свете, чем больше подражаешь, тем больше ты теряешь. Лучше мне уйти.
Последние слова, слетевшие с уст Будды, были:
– Будьте сами светом для себя.
Премьер-министр Го Цхзы-и (династия Тан) был выдающимся царедворцем и великолепным полководцем. Все почитали его заслуги в государственных делах и на поле брани. Но ничто – ни слава, ни могущество, ни богатство, ни преуспевание – не отвлекало его от глубокого интереса к буддизму, ревностным приверженцем которого он был.
Считая себя простым, скромным, истинным верующим человеком, он часто приходил к своему любимому наставнику, чтобы почерпнуть у него мудрости. Учитель и ученик, казалось, понимали друг друга очень хорошо. Даже то, что ученик был премьер-министром, не обременяло их отношений. Почтенный учитель не преклонялся перед высоким званием ученика, а покорный ученик не чувствовал в своем сердце пустой гордыни.
Однажды Го Цзы-и пришел, как обычно, к своему учителю и спросил:
– Скажи, как в буддизме толкуется себялюбие, о достопочтенный?
Лицо учителя неожиданно побагровело, и он свысока, надменно обратился к премьер-министру:
– Что ты несешь, дурья твоя башка?
Столь неожиданный и нелепый ответ так поразил министра, что невольная гримаса гнева начала искажать его лицо. И тогда учитель улыбнулся и заметил:
– Ваше превосходительство, вот что такое себялюбие!
Жил в деревне один старик. Он был одним из несчастнейших на свете. Вся деревня устала от него: он всегда был мрачен, всегда жаловался, всегда в плохом настроении, всегда кислый. И чем дольше он жил, тем более желчным становился, тем ядовитее были его слова. Люди избегали его: несчастье становилось заразительным. Не быть несчастным рядом с ним было как-то оскорбительно. Он создавал ощущение несчастья и в других.
Но однажды, когда ему исполнилось восемьдесят лет, случилось невероятное – никто не мог в это поверить. Мгновенно всех облетел слух: «Старик сегодня счастлив, не жалуется, улыбается, у него даже лицо переменилось». Собралась вся деревня. Старика спросили:
– Что случилось с тобой? В чём дело?
– Ничего, – ответил старик. – Восемьдесят лет я старался стать счастливым, и ничего не вышло. Так что я решил обойтись без счастья. Вот почему я счастлив.
Однажды торговцы задумали побывать в заморских странах. Согласно закону путешествия, им полагалось сначала найти проводника, и только потом можно было пускаться в путь.
Торговцы все вместе взялись за поиски и нашли себе проводника. Он сразу же повёл их. Вот подошли они к краю большой пустыни. Там стоял храм, где приносили жертву небу. Нужно было принести в жертву человека, и лишь после этого можно было следовать дальше.
Торговцы стали совещаться между собой:
– Все мы друг другу приходимся роднёй. Как же можно кого-то из нас убивать? Остаётся один лишь проводник. Из всех нас лишь его одного можно принести в жертву небу.
Но вот закончилась церемония жертвоприношения. Путешественники сбились с пути, не зная, куда двигаться. От истощения и усталости они погибли все.
Когда Марпа впервые встретился с Наропой, тот построил алтарь, сказав, что этот алтарь является воплощением мудрости. И святилище, и сам Наропа заключали в себе колоссальную духовную энергию и силу.
Как-то Наропа спросил Марпу, перед чем бы он желал совершить простирание, чтобы пережить внезапное просветление. Марпа, как ученый, подумал, что гуру живет во плоти, в обыкновенном человеческом теле, тогда как созданный им алтарь являет собой чистое тело мудрости, не имеющее ничего общего с человеческим несовершенством. Поэтому Марпа простерся перед святилищем. И тогда Наропа проговорил:
– Боюсь, твое вдохновение скоро угаснет. Ты сделал неправильный выбор. Это святилище – мое творение, и без меня его вообще бы не было здесь. Тело мудрости несравнимо с человеческим телом. Великое зрелище мандалы было всего лишь моим творением.
Некогда у правителя одного государства родилась дочь. Правитель призвал лекаря и сказал ему:
– Дай мне лекарство, от которого моя дочь сразу бы стала взрослой.
– Я найду отменное снадобье, от которого твоя дочь сразу станет взрослой, – отвечал лекарь, – только сейчас его нет, оно закончилось. Его надо раздобыть. А до тех пор, пока я не достану лекарство, правитель не должен видеть дочь. Только после того, как я дам ей снадобье, правителю покажут девочку.
И не откладывая, лекарь отправился в дальние страны за лекарством.
