Как же тяжело сделать шаг к тому, о чем, как недавно выяснилось, мечтала всю жизнь! Вот он, Эмиль Лотеску, только руку протяни, а я боюсь, выдумываю преграды, страхи. Рожу, не рожу, смогу, не смогу — разве Магдалена ишт Мазера колеблется? Разве сомнениями я достигла всего, чтo имею? И, cтряхнув стрaхи, cловно cнег с пaльтo,тоpжественно объявилa:
— Я согласна!
И потребовала кольцо:
— Давай сюда, раз купил. Новую Амели я не выдержу, в лепешку расшибусь, а наследника обеспечу.
Право, не такая уж я старая грымза. Абортов не делала, вопреки мнению Эмиля, не по самым завалящим мужика скакала. Да и очень хочется завтра колечком покрасоваться. А ещё на постоянной основе ездить в огнемобиле, обустроить по своему вкусу дом в коттеджном поселке, каждый год загорать на борту яхты… Да, я корыстная, жадная провинциалка, хочу всего и сразу.
— Узнаю свою Магдалену! А то я засомневался, не подменили ли: слишком тихая, вежливая.
Широко улыбаясь, Лотеску достал заветную коробочку.
— На себя посмотри! — парировала я и поторопила жениха: — Открывай же!
Эмиль укоризненно покачал головой, видимо, отчитывая за неподобающее случаю поведение, и надел мне на палец бриллиантовое кольцо, стоимость которого множеством нулей стремилась в небеса.
— Это чтобы даже слепые видели: занято, — пояснил он и, шутя, пригрозил: — Ты ещё пожалеешь, что согласилась!
Нашел, чем пугать!
— Ты тоже. Учти, жуткие платья для беременных в цветочек носить не стану, — предупредила я. — В декрет тоже не уйду. По службе помогать мне не надо…
— Потом, Лена! — мягко и одновременно твердо, оборвал меня Эмиль. — Не сейчас! В письменном виде все изложишь. Я ознакомлюсь и верну со своими пометками.
Пожала плечами. Потом, так потом. Я просто девушка честная, собиралась заранее предупредить, какую неведому зверушку замуж берет. А то вдруг хотел фею домашнего очага? Хотя на печенье Эмиль может рассчитывать. Давненько я не пекла имбирного!
Тайком полюбовалась кольцом. «Амели он купил дешевле!» — довольно подметил внутренний голос. Раз так, надо отблагодарить. И, перегнувшись через столик, не стесняясь работников и посетителей кондитерской, я крепко поцеловала жениха.
Сдается, завтра мы таки украсим первые полосы газет! И в кой-то веки репортеры не соврут, приписав нам: «И жили они долго и счастливо».
…А мальчика своего Лотеску получил. Как грозил, не с первой попытки. Отомстил, зараза!
