- О том, что нужно проверить дыхательную смесь в баллонах. Вот.
Она протянула Бардену компьютер Лекса. Почему его не изъяли, и как он оказался у жены Барден не понял.
- Эта соска выкинула его в помойку, - ответила Тара, видя вопрос в глазах Таркайца. – Это не станция, а обитель некомпетентных уродов.
Картер проигнорировал ее выпад, хоть и был с ней полностью согласен. Или почти согласен.
- Что ты там нашла?
- Профиль погружения. Время от начала спуска до подъема – четыре минуты. На телах мужчин явные признаки ДКБ. Если верить компьютеру, их максимальная глубина двенадцать метров. Ни при каких условиях этого не хватило бы для ДКБ. На телах были вторичные признаки отравления. Так сказал тот таркаец. Помнишь? – Барден кивнул. – Это подтвердил и спасатель, который прибыл первым на место. У Сергея хватило сил, чтобы вытащить Лекса и послать сигнал тревоги.
- Напоминаю, я не специалист по погружениям.
- В баллонах с дыхательной смесью должны остаться следы тритиона.
- Что это?
- Газ. Отравление которым имеет признаки ДКБ. Нас пытались отравить. И эта сука, доктор Мильт, замела следы.
С Жардаром Рамисом директор Митро связался сразу после происшествия. Уже по лицу Митро Рамис понял, что он может похоронить свои планы и политические амбиции. А заодно и сына.
- Мы не можем его найти, - отводя глаза в сторону, сообщал директор.
- Уверены, что это он?
Вместо ответа Митро показал Рамису записи с камер наблюдений, где Вишон заходит в компрессорную, делает какие-то манипуляции с баллонами, уходит.
- На смотровой площадке осталось это – директор показал коробку с подарком главнокомандующему. – В апартаментах, где жил ваш сын, исчезли вещи. И… - Митро замялся, боясь рассказывать дальше.
- Что «И»?
Терпения Жардара подходило к концу. Он знал, что Вишон унаследовал сумасшествие своего прадеда. Но глупо верил в то, что сможет контролировать его болезнь.
- Он ворвался в жилище…
- В чье жилище?
- В квартиру миссис Барден. Утром. К счастью, ее не было дома.
Жардар без сил повалился на стул. Он был в сознании, но не понимал, что делать. По привычке он отдал приказ Митро «замести следы» за сыном. Только чутье говорило, что в этот раз сухим из этой истории выбраться не получится.
Глава 42.
Прошло три дня. Я собирала в мастерской аппарат. Триумвират, несмотря на ситуацию с отравлением дайверов, требовал продолжения работ. Я не была против этого требования, потому что до зубного скрежета хотелось вернуться под воду. А вот мой муж злился, но ничего сделать не мог. Ну, кроме того, чтобы как можно скорее найти ублюдка Вишона Рамиса и обеспечить мою безопасность.
В том, что все это натворил именно третий наследник дома Рамисов, сомнений уже не было. Агенты Крыла нашли его больничные карты, восстановили записи с камер, которые Митро так старательно старался скрыть. Избитая вайра пока не могла дать показаний. Ее голосовые связки пока не восстановились, но сомнений в том, что это тоже был Рамис – не было. Мне становилось жутко только от одной мысли, что это чудовище ходило рядом со мной.
- Мы готовы грузить баллоны? – в мастерскую заглянул высокий парень, которого временно Барден поставил мне в поддержку. Его звали Тим.
Точнее, теперь у меня в распоряжении была целая команда из пяти человек. Вот только, это были не самостоятельные специалисты, как Лекс или Сергей, а те, кем нужно было управлять, и это немного раздражало.
- Отлично. Команда план погружения изучила?
- Да.
Я молча кивнула, сделала последние тесты аппаратов и пошла переодеваться. Что-то внутри меня клокотало от восторга и предвкушения приближающегося погружения. Только это были уже не мои эмоции, а эмоции существа, которое жило у меня в груди. Симбиот и правда, был живым. Он жил в моем теле, но не был частью меня. Эти несколько дней я отчетливо чувствовала его тоску, радость, страх, напряжение, даже попытки меня успокоить. Я не понимала, откуда у него эти эмоции и с чем они связаны. Я не знала, возможен ли полный контакт с симбиотом. Инструкции по его применению мне никто не оставил. Но точно знала, что сегодня, во время погружения, должно было произойти что-то очень, очень важное.
Я молча влезла в костюм и пошла к берегу. Время от времени ловила себя на мысли, что без ребят чувствую себя неуверенно. Как будто они в этот момент тоже должны были быть здесь, но их не было. Тем временем, на веревках в провал начали опускать баллоны. Местное солнце осветило море. Был полный штиль. С поверхности я могла рассмотреть стены провала и камеры, парящие в толще воды.
- У нас все готово, – сообщил коренастый мужчина, по имени Стас.
- Соберите камеры и поднимайтесь, - напомнила я план. – Связи не будет. С учетом погрешности по времени, в зоне видимости я должна буду появиться через восемь часов.
- Удачи, - сказал кто-то из ребят, подавая мне ласты.