Эддисон всхлипнула и еще плотнее придвинулась к Ною. Под страхом смерти разум творит с человеком немыслимые вещи. Эддисон было невероятно жаль Лиама, двойняшек и себя. От несправедливости хотелось кричать. Она вспомнила об Эмме, о Келлерах, подумала о том, что они попросту не вынесут гибели детей. Сердце ее сжалось от тоски.
– Но я ни о чем не жалею, Ной, – наконец-то, прошептала она. – Представляю, что мы никогда с тобой не сталкивались, и ощущаю невероятную пустоту. Но… – Эддисон шмыгнула носом, чувствуя, как в глазах снова собираются слезы, – я все равно не хочу умирать!
– Тс-с. Я знаю, Смит, знаю. Я тоже не хочу умирать.
Ной уткнулся носом во влажную от слез щеку Эддисон. Он стал напевать до боли знакомую песню. Эддисон чуть прикрыла глаза и последнее, что она услышала, был ее кашель и приятный голос Ноя, нашептывающий чарующие куплеты.
Первое, что Эддисон увидела, яркий режущий глаза свет. Затем она услышала звуки надрывного кашля. Своего. А после, почувствовала, как горят огнем легкие и печет обдуваемые ветром руки и шею в обожженных местах.
Вокруг все мелькало. Казалось, словно ее засунули в кристально-белую капсулу и та начала вращаться наподобие центрифуги. Эддисон затошнило и она попыталась перевернуться на бок, но у нее не вышло.
В следующее мгновение какофония голосов накатила на нее лавиной. Люди кричали, перебрасываясь короткими фразами. Почувствовав толчок, Эддисон заставила себя распахнуть глаза. Сначала она увидела чьи-то руки возле плеч, затем прорисовались очертания первых незнакомцев. Их взгляды были направлены на нее, а брови напряженно сведены вместе. Темноволосая женщина что-то кричала Эддисон, задавала вопросы, но разобрать было трудно.
– Где… где я?
Эддисон показалось, что она находилась в бочке. Так глухо прозвучал ее голос. Только нащупав на лице кислородную маску, Эддисон поняла, что ее спасли. Она попыталась встать, но крепко застегнутые ремни под ее грудью, у бедер и на ногах ей помешали.
– Ной?.. Лиам… Я должна…
– Детка, тебе нужно успокоиться. Пожалуйста. Мы о тебе позаботимся.
– М-мои друзья… Что с ними?
Новый толчок заставил Эддисон поморщиться. Ее везли на каталке по ухабистой почве.
– Не волнуйся, им оказывают необходимую помощь. – Молодая женщина ласково улыбнулась. – Теперь все хорошо, детка. Все будет хорошо.
– Но я…
– Эддисон! Боже, Эддисон!
Виктория подлетела к Эддисон, словно ураган. Выглядела она растрепанной, но целой и невредимой. Плечи Виктории были укрыты пледом.
– Как?..
Горло болело так, словно в него залили раскаленный металл. Эддисон поморщилась.
– Машину Чака перехватили недалеко от фермы, – быстро начала Виктория. – Его поймали, Эддисон, поймали! – Она задыхалась, рассказывая, и горько плакала. – Я думала, вам конец… Если бы не полицейские, бросилась бы в огонь за вами!
Эддисон быстро закивала, чувствуя, как собираются слезы.
– Они вытащили вас, но… Никто не был в сознании! Боже, я так напугалась! – Виктория зарыдала пуще прежнего, прижимая ладонь ко рту.
Свободной рукой она вцепилась в каталку и следовала за Эддисон, а та была безмерно благодарна.
– Как они?.. – прошептала Эддисон.
– Лиам так и не пришел в себя, его уже увезли… Меня заверили, что с ним будет все в порядке. Обязательно будет, да? – Виктория болезненно поджала губы. – Я знаю, он справится. Конечно, справится, но… все равно волнуюсь. – Она смахнула слезы и чуть улыбнулась. – Ной вот уже всех достал. Как только открыл глаза и увидел меня, попросил, чтобы я позаботилась в первую очередь о тебе. Он так тебя любит.
Эддисон не смогла сдержать слабую улыбку.
– Я забрала твой телефон и позвонила Эмме. Они с Робом уже мчатся сюда. Все будет хорошо, Эддисон. Вот увидишь, все будет хорошо.
Эддисон снова чуть улыбнулась. У нее ни на что не было сил. Узнав о том, что парни в безопасности, усталость накатила новой волной. Глаза начали слипаться, а тело тяжелеть. Перед тем, как ее каталка должна была скрыться в машине скорой помощи, Эддисон повернула голову и взглянула на догорающий сарай. Он полыхал, как факел, хоть его тушением и занималась бригада пожарных. Сердце Эддисон защемило от тоски. Но лучше потерять берлогу, чем родных людей…
