Наконец собравшись, друзья сделали несколько кадров. Сначала сфотографировались вчетвером, затем всей компанией с помощью таймера на камере, а после – парами. Лиам жутко смущался, но висевшая на нем Виктория все же заставила его расслабиться. Виктория пылко притянула его к себе и стала игриво целовать, она всячески крутила шляпу, желая больше снимков.
Когда настала очередь второй пары, Ной подхватил Эддисон на руки, заставив радостно взвизгнуть, и крепко прижал ее к себе.
– Что ты делаешь? – засмеялась Эддисон.
– Теперь я твоя липучка, Смит, забыла? Смирись.
Закончив с фото и попрощавшись с Эммой и Робом, ребята уселись в припаркованный лимузин. Эддисон никогда особо не интересовалась такими машинами и до гламура ей не было дела, но она не смогла не оценить роскоши автомобиля.
– Спасибо Эмме за шампанское, – ухмыльнулся Ной, плюхаясь на сиденье и доставая из ведра со льдом бутылку.
Ребята уселись парами напротив друг друга.
– Только за это?
– За все, Смит, спасибо твоей маме.
– Кстати… как ваш новый опекун? Ладите?
– Роб – классный мужик. Он не пытается учить, хотя горазд раздавать советы. Которые мне, кстати, хочется слушать и слушать, – пожав плечами, улыбнулся Ной. – Вечерами мы играем в шахматы, а на выходных ездим за город.
– Вопрос, скорее, к Вики относился. Я знаю, что ты без ума от Роба.
Лимузин тронулся и поехал. Виктория задумчиво уставилась в окно.
– Формально Роб еще не наш опекун. Его ждет куча проверок и нудных дней для заполнения официальных бумаг, свадьба. А с учетом суда над Чаком я вообще не верю, что это произойдет в ближайшее время… – Виктория повернулась к брату и нахмурилась. – И у нас была всего одна игра в шахматы и одна поездка за город. И то, и другое произошло в прошлый уикенд.
– Но сколько их будет впереди, только представь! Слава богу, директриса социального центра оказалась нормальной и дает нам возможность общаться… Хотя кто нам может это запретить? Мы уже не дети.
Виктория улыбнулась брату.
– Чертов романтик. – Она взглянула на Эддисон. – По правде говоря, Роб действительно неплохой. Не лезет, если чувствует, что это лишнее, а со мной так вообще обходится, как с королевой, и старается избегать тактильных контактов. Видимо, решил, что я после Чака каждого второго мужчину буду записывать в потенциальные насильники… Мне нравится его проницательность.
– Ух ты, – хмыкнула Эддисон, – да он идеальный прям.
– Не иронизируй, у каждого есть недостатки. У Роба рот не затыкается, когда речь идет о сплаве по реке или отдыхе в палатке. А еще он потакает Ною, что чревато.
– Э-э-эй! Это совсем не минус, а громадный плюс.
Виктория снова улыбнулась. Заметив нервную усмешку Эддисон, она спросила:
– А ты как?
– А что я?
Машина легонько качнулась, отчего Эддисон слегка накренилась на Ноя. Тот воспользовался моментом и притянул ее к себе. Ной нежно чмокнул Эддисон в макушку и тяжело вздохнул. Его вдруг посерьезневшее лицо заставило Эддисон подумать, что, видимо, он с Викторией обсуждал эту тему неодин раз. Виктория не отводила от парочки внимательного взгляда.
– Твоей маме приходится выходить за Роба из-за нас. Чтобы оформить опеку, семья должна быть полной… Но разве это не съедает тебя изнутри?
– Не говори глупостей.
– Глупостей?
Дух веселья вдруг совсем испарился. Ребята смотрели на Эддисон выжидающе, а Кинги еще и с толикой вины во взглядах.
– Ну… – запнулась Эддисон. – Конечно, новость о свадьбе меня озадачила. И то, что мой парень станет мне сводным братом, тоже.
– Сводным братом? – удивился Ной. – Но я же не сын Роба…
– Я думала о многом, – нахмурилась Эддисон, легонько пихнув Ноя в бок. – Не сказала бы, что эта ситуация съедает меня изнутри. Вовсе нет… – Она закусила губу, пытаясь подобрать правильные слова. – Это без сомнений новый жизненный этап. Волнующий и немного странный. Но я рада. Честно!
Эддисон улыбнулась двойняшкам и попыталась заверить их:
– Мама бы никогда не приняла предложение мужчины, если бы не захотела. Они с Робом и без опеки могли бы заботиться о вас… Свадьба просто случится чуть раньше, чем могла бы быть. К тому же мама решила оставить папину фамилию. Роб не возражал.
– Он добрый, – вклинился Лиам. – И чуткий. Но если что, у вас с Эммой всегда будем я и Ной. Уж мы-то сможем надрать ему задницу, если задумает что-то дурное.
Эддисон подавилась усмешкой.
– Что с тобой случилось, Лиам Келлер? Куда делся тот добряк, который мухи не обидит?
– Он все еще здесь, но жизнь учит не расслабляться. – Лиам обнял Викторию и протянул руку Эддисон. Она приняла его ладонь и сжала в своей. – Даже поступив в колледж и разъехавшись по разным городам, мы вчетвером будем связаны. Обещаю, что бы ни случилось, вы, ребята, навсегда останетесь частью моей жизни. Я не шучу.
Спустя полминуты молчания Ной добавил, смотря себе под ноги:
– Тогда давайте пообещаем друг другу, что даже расставание не повлияет на нас. – Ной взглянул на Эддисон, затем на сестру и Лиама. – Если… если вдруг наши чувства затухнут. Мои и Смит, Здоровяка и Вики. Давайте пообещаем, что мы сделаем все возможное, чтобы сохранить то, что между нами. Эти… узы.
