Но в следующий момент в холле появилась Тина. На ней был роскошный светло-розовый костюм, подчеркивающий красоту ее длинных черных волос.
– Извини, Ставрос. Я услышала вертолет, но не думала, что ты прилетел не один. Ты не отвечал на мои звонки. Мне необходимо поговорить с тобой наедине.
Даже если она явилась в его дом с разрешения матери, бесцеремонность Тины просто не имела границ.
– Боюсь, это невозможно. Мы попрощались больше трех месяцев назад. И тебя сюда не приглашали. Будь любезна, уходи.
С презрением, от которого его пронзил холод, Тина взглянула на Андреа и ее спортивную сумку.
– А вы, вероятно, та американка, что работает в «Пан-Хелленик турз». Ставрос забыл нас представить. Я – Тина Нассо.
Холод сковал его изнутри. Он распахнул перед ней дверь.
– Прощай, Тина.
Она подошла к нему.
– Я только что от твоих родителей, думала, что и тебе будет интересно узнать, что я жду от тебя ребенка.
Эта ложь стара как мир. От Тины ничего другого нельзя было и ожидать.
– Я никогда не спал с тобой, Тина. – Его слова напоминали тихое шипение. – Если ты и беременна, то не от меня.
– О, дорогой, – воскликнула она, выходя в дверь. – И ты думаешь, что госпожа Линфорд в это поверит?
– Тина, мне очень грустно, что ты позволяешь нашим родителям управлять твоей жизнью. Когда начнешь думать сама, тебе не придется испытывать столь ужасное отчаяние.
На ее щеках запылали красные пятна.
– Да как ты смеешь…
Ставрос захлопнул дверь у нее перед носом, изо всех сил пытаясь сдержать гнев. Он злился не на Тину. Она всего лишь марионетка. Родители внушили ей, что она ничего не понимает в жизни и готовы были любыми путями заставить ее подчиняться их воле.
В гнетущей тишине раздался голос Андреа:
– Если она беременна от вас, то вам лучше ее догнать. Я не хочу мешать.
Ставрос резко обернулся к ней.
– Это не может быть мой ребенок.
Андреа серьезно взглянула ему прямо в глаза.
– С папой произошла такая история в Венесуэле после того, как он решил расстаться с одной женщиной. Как оказалось, она не была беременна, но надеялась, что он поверит в ее ложь и женится на ней. Эта Тина такая же? Или она говорит правду?
Он с трудом перевел дух.
– Тина родом из хорошей семьи, и мои родители хотели, чтобы мы поженились. Мы некоторое время встречались, но я не смог полюбить ее. И в очередной раз разочаровал их, выбрав свой собственный путь. Я не видел ее больше трех месяцев. Возможно, она беременна, но не от меня. Мы никогда не были близки. Конечно, вы не можете быть уверены, говорю я правду или нет. Если хотите уйти, я попрошу пилота отвезти вас в Салоники прямо сейчас.
Андреа некоторое время молчала.
– Отец никогда мне не лгал, поэтому у меня не было причин не верить ему. Да и вы, как мне кажется, меня не обманывали. Поэтому предпочитаю не делать скоропалительных выводов. А пока, может быть, мы все-таки перекусим?
–
Забыв обо всем на свете, он порывисто прижал ее к груди. С первого момента их встречи он только и думал о том, чтобы обнять ее. Он слегка покачивал ее в объятиях, а когда принялся целовать ее волосы и щеку, у нее громко заурчало в животе. Они оба расхохотались.
– Ты еще подумаешь, что внутри у меня ребенок.
– В остроумии тебе не откажешь.
Они так легко чувствовали себя в обществе друг друга, что естественно и незаметно для себя перешли на «ты».
Ослепленный ее улыбкой, он уже хотел поцеловать ее в губы, но в этот момент услышал:
– Прошу прощения, господин? – Голос экономки раздался в самый неподходящий момент. – Ужин на столе в столовой. Я ухожу.
Андреа высвободилась из его объятий.
– Спасибо, Раиса.
Ставрос схватил Андреа за руку и повел ее за собой через кухню в столовую. Она хотела доверять ему. Это был бесценный подарок. Он чувствовал себя так, будто его выпустили из мрачной темницы, где он провел долгие годы, и внезапно увидел яркий солнечный свет, озаривший всю его жизнь.
Раиса приготовила запеченного в духовке ягненка и крабовый салат. А на десерт – его любимый виноградный пудинг. Они с Андреа жадно накинулись на еду.
Когда с угощением было покончено, девушка довольно вздохнула.
– Это была самая вкусная еда в моей жизни. Твоя экономка просто золотой человек. Где ты нашел ее?
– Ее муж до пенсии работал в каменоломне. В прошлом году он заболел, и я часто заезжал к ним, чтобы его проведать.
– Ты очень добр.
– У меня был тайный план. Раиса всегда угощала меня своей стряпней. И однажды я пообещал ей царский выкуп, если только она согласится стать моей кухаркой. Они нуждались в деньгах, и она согласилась.
– Ее муж все еще болен?
– У него случаются приступы пневмонии, но он неплохо держится.
Пока он пил кофе, Андреа принялась убирать со стола и мыть посуду. Вероятно, она привыкла вот так ухаживать за своим отцом. А Ставрос прекрасно знал, что от старых привычек трудно избавиться.
– Андреа? Покажи мне свои семейные фотографии.
– У меня с собой только три снимка.
Она сходила в столовую и принесла сумочку, чтобы показать ему фотографии родителей. На одном снимке ее мать была беременна. Это была красивая светловолосая женщина.
– Ты очень на нее похожа.
– Папа тоже так говорит.
