– Сейчас всего лишь восемь тридцать. Я совсем не хочу спать.
– Ты уснешь, как только подействуют лекарства. Спокойной ночи.
Он позвал ее, но она сделала вид, что не слышит, и направилась в гостевую комнату. Ей хотелось как можно скорее принять душ. Щедро намылившись шампунем, она ополоснулась водой и вышла из ванной, источая свежесть и чистоту.
Обернув голову полотенцем, Андреа вошла в спальню и достала из сумки ночную рубашку и халат. Как прекрасно снова оказаться в обычной обстановке и чувствовать себя нормально. Она прошла на кухню, чтобы взять бутылку воды. Открыв холодильник, вдруг услышала громкий стук в дверь. Звук доносился с черного входа.
Возможно, мать Ставроса или его бывшая девушка узнали о несчастном случае? А возможно, это Раиса.
Андреа потуже затянула пояс халата в розовую полоску и поспешила к задней двери.
Она подпрыгнула на месте, увидев за дверью мужчину. Он был немного похож на Ставроса, и Андреа поняла, что это его брат. Возможно, ему позвонили из больницы. Она не слышала звука вертолета, потому что была в душе.
Андреа щелкнула замком. Он вошел и захлопнул дверь. Судя по его лицу, он был удивлен не меньше, увидев в доме незнакомую женщину.
– Я Леон, брат Ставроса. А вы?..
– Это не важно. Приятно познакомиться.
– Взаимно, – пробормотал он. – А где Ставрос? Я целый день не могу до него дозвониться.
– Вы найдете его в спальне и все сами поймете. А теперь, если позволите, я пойду спать. Захлопните дверь, когда будете уходить. Он сам не сможет этого сделать.
– Какого черта здесь происходит?
Услышав голос брата, Ставрос оторвал голову от подушки. Что-то произошло, если его сорокалетний брат прилетел сюда из Салоников в такой ранний час.
– Леон? Что ты здесь делаешь?
– Ты весь день не отвечал на звонки, – набросился на него брат. – Я забеспокоился и прилетел сюда, потому что обычно ты так себя не ведешь.
– Ты пока отдышись, а я все объясню. Садись, брат. Как твои домашние?
– Они в порядке. – Леон взял стул и придвинул его к кровати. Они оба были темноволосыми, но его женатый брат немного выше и весил на десять килограммов больше. Леон улыбнулся. – Кто эта красивая голубоглазая женщина в халате в розовую полоску и с полотенцем на голове, которая открыла мне дверь?
Так, так. Ставрос непременно должен увидеть ее такой.
– А она тебе не представилась?
– Нет. Она сказала, что это не важно, и сообщила, что идет спать и чтобы я захлопнул за собой дверь.
Ставрос расхохотался.
– Что здесь смешного? Почему ты в постели?
Он был рад приезду Леона. Лекарство перестало действовать, он проснулся и сходил с ума без Андреа.
– Возьми себе пива в холодильнике, а потом поговорим.
– А ты не хочешь?
– Мне нельзя.
– Я не понимаю тебя.
– Врач запретил мне пока пить алкоголь.
Леон нахмурился и наклонился к брату.
– Я так и думал, что с тобой что-то случилось.
– Ты не поверишь, но сегодня меня ужалил электрический скат. Боль была невыносимая. А та самая девушка, отказавшаяся назвать свое имя, спасла мне жизнь.
– Это медсестра из больницы? Она приехала вместе с тобой?
– Это долгая история.
– У меня полно времени.
Наконец Ставрос начал свой рассказ. Но стоило ему упомянуть о «Пан-Хелленик турз», как Леон присвистнул.
– Постой, эта Андреа и есть та самая светловолосая американка, о которой говорили мама и Тина Нассо? Она безупречно говорит по-гречески. Я бы никогда не подумал.
– Кроме греческого, она знает и другие языки. Это сочетание ума и красоты.
– Да, госпожа Линфорд – выдающаяся женщина, согласен. И это еще одна из причин, по которой я прилетел к тебе сегодня.
– Я так и подумал, что у тебя наверняка плохие новости.
– Боюсь, все серьезно. Отец в ярости.
– Ну, этим ты меня не удивил. Он знал, что я создаю свою компанию. И увольнение было вполне предсказуемо. Моя компания уже целую неделю в деле.
– Я знаю, но проблема не только в этом, Став. Он ждет, что ты достойно поведешь себя с Тиной, ведь она беременна.
– Если бы я любил Тину, то давно уже на ней женился. Она лжет, Леон. Я никогда с ней не спал, так что ребенок, пусть даже Тина и впрямь беременна, не мой.
– Мы оба это знаем, но отец и слушать ничего не желает. Я приехал предупредить тебя. Я подслушал их разговор с мамой. Он говорил, что если ты не женишься на Тине, он запретит продавать тебе мраморные отходы из наших каменоломен.
– Что? – Его сердце пронзила острая боль. Неужели отец способен на такое? – Ты серьезно?
– Боюсь, что да. Он постарается закрыть твое производство, если ты не уступишь.
– Леон, как человек может так поступать с родным сыном?
– Мне жаль, Став.
Слезы предательски навернулись Ставросу на глаза.
– Отец и в самом деле ненавидит меня, если собирается предать. Такого удара я от него не ожидал. – Он вспомнил о своем недавнем разговоре с Андреа об отце. Если отец готов зайти так далеко, это может затронуть и отношения Ставроса с Андреа. Ставрос не хотел впутывать ее в свои проблемы, но был готов пойти на любые жертвы, чтобы удержать в своей жизни.
Леон положил руку ему на плечо.
