В конце концов, последовало опровержение относительно Мавритании одновременно с организованной утечкой сведений о подлинной цели операции — острове Маврикий. Но пришлось указать на самый существенный момент, а именно, что операция направлена на поддержку существующего там режима, а не на его свержение.
Кейси был полон презрения ко всем. Корреспонденты гонялись за очередной, самой последней утечкой сведений. А что, сами думать они не могли? Но что еще более важно, политические чиновники Белого дома нуждались в том, чтобы их просветили насчет тайной внешней политики. Ее нельзя проводить как политическую кампанию с речами, утечками и уточнениями. С ума можно сойти: конгресс, Белый дом, госдепартамент, пресса — все крутились вокруг его операций. Позже, во время очередной встречи с президентом, Кейси выразил протест против организации утечек, сказав при этом, что если он призван руководить тайными операциями, то доступ ко всем деталям должен строжайшим образом ограничиваться. Последние сообщения прессы создавали впечатление, что крупномасштабные тайные операции были легкомысленно начаты чуть ли не по всей Африке — Маврикий, Мавритания, Ливия. Понимает ли кто-нибудь, что означает сообщение прессы о тайной операции для резидентуры ЦРУ в указанной стране? А вот он понимает. Возможности для сбора разведывательной информации, отношения с местной разведслужбой — все может рухнуть.
Корреспонденты «Ньюсуик» после опровержения плана по Ливии пошли к председателю внешнеполитического комитета палаты представителей Заблоцки. Заблоцки пошел к административным сотрудникам палаты и намекнул, что он был источником для статьи в «Ньюсуик». Его одернули, но председатель комитета палаты по разведке Боланд решил не предпринимать каких-либо мер против Заблоцки, поскольку утечки носили эпидемический характер[15].
В воскресенье 7 июня 1981 г. Инмэну сказали, что Израиль, используя поставляемые Соединенными Штатами боевые самолеты, только что подверг бомбардировке и разрушил иракский ядерный реактор милях в десяти от Багдада[16]. Он проверил и обнаружил, что по договоренности об обмене разведывательной информацией, заключенной с одобрения Кейси, Израиль имел почти неограниченный доступ к фотографиям с американских спутников и использовал их в ходе подготовки своего налета. Кейси проявлял слитттком большую щедрость. Администрация США в арабо-израильском конфликте ходила по туго натянутой проволоке, и Инмэн не видел, каким образом можно поддерживать сколько-нибудь сбалансированную политику, позволяя Израилю сбрасывать бомбы по всему Среднему Востоку с использованием при этом данных американской разведки. Он быстро составил новые правила, по которым Израиль мог получать фотографии и другие особо секретные разведывательные сведения только в целях обороны. Доступ Израиля ограничивался фотографиями территории тех стран, которые представляли для него непосредственную угрозу или граничили с ним. Багдад находился в пятистах милях и в этом списке не значился.
Кейси с новыми правилами согласился, однако он радовался тому, как Израиль разрешил свою проблему, и восхищался его наглостью. Когда Белый дом выразил свое возмущение и применил санкции против Израиля, задержав поставку нескольких самолетов, Кейси сказал, что, может, это и является необходимым дипломатическим и политическим жестом, но про себя назвал все это чепухой. Еще при администрации Картера Израиль призвал США оказать давление на Ирак в направлении свертывания его программы ядерного развития и пригрозил, что если США ничего не предпримут в этом отношении, то Израиль сам примет необходимые меры. Моссад даже изучала возможность проведения диверсии, но затем выбор все же пал на удар с воздуха как на операцию с минимальным риском и для Израиля, и для Ирака. При бомбежке погиб только один человек, техник на иракской установке.
Кейси понимал, что израильской разведке надо преодолеть особый барьер скептицизма в ЦРУ. До 1974 г. знаменитый шеф контрразведки Центрального управления Джеймс Энглтон лично руководил работой по Израилю, держа на расстоянии особо важную информацию об оперативных работниках и аналитиках по Среднему Востоку. Даже после увольнения Энглтона все результаты израильской разведки оценивались лишь немногим выше, чем пресс-релизы Моссад, призванные служить политическим целям Израиля. На самом деле Моссад имела несколько хороших агентов в наиболее важных местах — в Ливане, Сирии. Но Кейси пришлось поработать, чтобы создать репутацию Моссад.
