Описанное тобою искушение происходит от диавольской зависти. В Добротолюбии – в главах Марка подвижника – о мнящихся от дел оправдатися, в главе 88-й, сказано: «Егда увидит диавол яко ум от сердца помолися: тогда велия и злохудожныя искушения наносит». Просто сказать – враг за сердечную молитву восстал на тебя и хочет отвратить от оной, но ты не покоряйся ему. Искушение это милостью и помощью Божией пройдет, только ты против вражеских помыслов не представляй доказательств, потому что, по слову Лествичника, враги злохитры и могут с своей стороны представить тебе много возражений; а просто продолжай молиться, стараясь не внимать вражеским помыслам и презирать их, повторяя сладчайшее имя Господа нашего Иисуса Христа. Св. Лествичник пишет: “именем Иисуса бей ратника. Нет бо сильнее оружия ни на земли, ни на небеси”… Не врагам противопоставляй, а сама про себя думай, что Святейший Сын Божий во время Своей земной жизни с грешниками ел и пил, и не отрекся вечерять в дому Симона прокаженного, и дозволил заявленной в городе блуднице прикасаться и лобызать пречистые Свои нозе… Кратко сказать, ничего не отвечай врагам, а только молись и молись, призывая на помощь и милость сладчайшее имя Господа нашего Иисуса Христа, пришедшего в мир грешные спасти. А бестолковые толки вражеские, делать нечего, потерпи и понеси; через это стяжевается опытность духовная.
От писем старца Амвросия переходим к письмам старца иеросхимонаха Анатолия[41], который, по благословенно старца Амвросия, был духовником Шамординских сестер… Его письма имеют ту особенность, что он с особенною любовью и настойчивостью привлекает своих духовных детей к деланно Иисусовой молитвы; он убеждает их держаться прежде всего устной Иисусовой молитвы, предоставляя дальнейшее воле Божией и предостерегая их от самочиния.
Пишешь не без скорби, что сидишь, как заключенная, в келье, тогда как другие идут в церковь. Значит ты, матушка, забываешь о моем желании и напоминании, чтобы ты, как можно больше, держала устную молитву Иисусову. И особенно, когда остаешься одна. Это самое дорогое время укоренить ее в памяти. А ты, значит, умом блуждаешь – вот и делается скучно. А молитва Иисусова веселит сердце.
Помню, что писала, что молитва Иисусова легче держится. Если так, слава Тебе, Господи! Продолжай и ухищряйся, чтобы держать ее крепче. Лучше этого времени никогда не найдешь. Когда разъедется торг, тогда хоть руками махай, да поздно будет. Только помни давнее слово: будь готова встретить скорби. Ибо всех, кому слюбится молитва Иисусова, враг никогда не оставит без отмщения, но непременно научит или старших, или младших, а уж пакостей непременно натворит.
Молитву умственно держать можно и по болезни, и по немощам, и по случаю народа, и в службе. Только от этого иногда голова болит, но что же делать? Зато слюбится. Тысячу раз слюбится. Ты старайся держать мысль с Иисусом не в голове собственно, а направляя несколько к персям: тогда, конечно, грудь заболит, но без этого нельзя.
Если желаешь иметь мир, то имей Иисуса, если не в сердце, то хоть в устах, как и заповедовал я тебе лично.
Если хочешь быть благодарною, то воздай пятью словами: 1-е –
Преподобная мать Т. Ты меня истинно утешила, когда написала, что молитва для тебя уж не так трудна, как была прежде. Говорю о молитве Иисусовой. И слава Тебе, Господи, снисходящему немощам нашим! Постоянно творить ее тебе еще нельзя. Ибо, пока не вкусит человек (яко Благ Господь), трудно непрестанно иметь в сердце Иисуса. Но и за то, что есть, слава Богу! Значит, пока держится молитва, не оставляй ее. А главное, во время молитвы окаяваяй себя, как недостойную произносить имя, непрестанно славословимое на небеси и на земли Ангелами и человеками. А скорби собирай, как сокровище, ибо это очень способствует молитве Иисусовой. А потому враг и научает и подстрекает всех, кто только может досадить тебе. Я тебя предупреждал давно, что всякий христианин чем больше держится за эту молитву, тем больше озлобляет диавола, не терпящего имени Иисусова и направляющего на такого людей, даже и близких. Я видел девицу, которую отец родной так возненавидел, что хотел убить. Только та проходила умную, – чего нельзя тебе еще.
