Вера попадает в больницу работать ординатором. Только вот она ничего не помнит ни о себе, ни о том, почему пришла в анестезиологию. И коллеги у нее странные. Каждый из них, кажется, работает не меньше полувека, но выглядят они еще совсем молодыми. Вскоре Вера узнает, что ее окружают хранители – души врачей, с которыми случилось что-то настолько нехорошее, что они попросту не смогли уйти в новую жизнь. И теперь Вера одна из них…
Она шла вперед с большим трудом. Дождь хлестал в лицо, так что было почти невозможно что-то различить перед собой. Она была уверена, что ей удалось избежать чего-то страшного. Но чего? Этот вопрос заставил ее остановиться. Сознание прояснялось, и место страха занимала мучительная пустота. "Чего?" – билось в висках.
Девушка оглянулась. По тротуару нещадно били капли. Вода падала на землю стеной. Сумерки. На улице было серо и пусто. Это было время, когда вечер еще полностью не перетек в ночь или же… наступало новое утро? Она снова сосредоточилась на мучительном чувстве пустоты, похожем на головную боль. Но ничего не отозвалось. Кто она, как сюда попала? Она сочла удивительным то, как тревожно оказалось остаться без памяти.
Девушка только обратила внимание на то, что на ее плече болталась промокшая сумка. Свободной рукой она ухватилась за молнию. Может быть тут будет ответ?!
Неожиданно громко скрипнули тормоза. Она стояла на проезжей части – слишком поздно сообразила девушка, и она не успела бы убежать, нога была странно вывернута. Прежде чем она обернулась к тормозящему автомобилю, в ее голове неожиданно ярко вспыхнуло: "Ретроградная амнезия".
Глава 1 Амнезия.
Удар был совсем безболезненным, по крайней мере, ей так показалось. Все произошло быстрее вспышки. Перед ней мелькнул красный бампер, затем небо и она осела на асфальт. Судя потому, что она так и осталась около машины, ее почти не зацепило. Не саднили даже ладони, которые она выставила назад, падая. Девушка подтянула их к себе. Грязные, но царапин не видно.
"Амнезия", – все еще крутилось в голове, словно заклинание. Откуда она знает это слово? – эта мысль показалась ей очень важной, словно она была ключом к чему-то большему. Позабытым паролем, открывавшим дверь к потерянной жизни. Она ощутила почти физическую боль от этой мысли, прежде чем четко различила торопливые шаги.
Это водитель – поняла она, приподнимаясь. Прежде чем он опустился рядом с ней на колени, девушка уже успела ощупать свои живот и грудь. Ничего не болело.
– Эй! – раздалось над ухом куда громче, чем ей хотелось бы.
Он встряхнул ее за плечи, и тогда девушка подняла голову. Это был высокий темноволосый и кареглазый человек лет тридцати. На его лице была написала неподдельная тревога.
– Как ты? – добавил он, встретившись с ней взглядом.
– Нормально, – ответила девушка, аккуратно снимая руку водителя со своего плеча.
– Поднимайся, – произнес он, подставив руку. – Я помогу.
И, в самом деле, помог ей встать. Девушка поняла, что не может распрямить левую ступню, поэтому пришлось прыгать на правой ноге, опершись на попутчика, но было по-прежнему не больно.
– Моя нога… – пробормотала она, глядя на неестественно деформировавшийся сустав.
– Садись, – он указал на стоявшую к ним боком машину, водительская дверь которой была распахнута настежь.
Только сейчас девушка заметила жирные черные полосы, оставшиеся на асфальтированной дороге, и содрогнулась. Только это был не страх, а словно бы призрак страха. Из-за потери памяти она чувствовала себя бесплотной, неживой. Есть ли смысл бояться смерти, когда ты уже…
– Я посмотрю, – сказал водитель, после того как помог ей сесть на сиденье.
Девушка несколько минут глядела на то, как капли дождя стекают по его кожаной куртке, затекают под воротник, прилизывают непослушно топорщащуюся челку. Ей почему-то с первого взгляда понравился этот врач. Врач?
Эта мысль, казалось бы, прорвалась сквозь глухую стену амнезии. Она точно была из той, настоящей жизни. Девушка жадно вгляделась в фигуру своего обидчика, но нет, весь его образ, в нем не было ничего знакомого. Ну да, она просто догадалась о профессии, потому что его взгляд и движения пальцев, когда он ощупывал ногу, в них были уверенность и точность, присущие лишь профессионалу.
– Нужно в приемный покой, – долетело до нее. – Наверное, сломана лодыжка.
Врач поднял голову, и они снова встретились взглядами.
– При таких травмах обычно от боли воют, – выдохнул он.
Повисла неприятная пауза, во время которой девушка почувствовала себя неудобно.
– Вы доктор? – озвучила она.
– Ага, – донеслось ответ. – Работаю тут, в больнице.
Он махнул себе за спину. Дождь чуть поредел, и беглянка сумела прочитать название очередной столичной ГКБ, выведенное коваными буквами над большими железными воротами. Рассвело, и теперь было ясно, что начинался новый день.
– Откуда ты только взялась тут в такое время? – озвучил врач, помогая беглянке обойти машину и забраться на пассажирское сидение. – У меня вся жизнь перед глазами пробежала…
– Извините, – она почувствовала, что обязана была повиниться.
– Как тебя зовут? – отчего-то вдруг поинтересовался он.
