В отличие от ближайшего стола, изгвазданного и "украшенного" препарированными трупами животных, на этом царили чистота и порядок, да поблескивали прозрачным стеклом два сосуда. В богатых домах в таких выставляют хрупкие редкости. Я подошел поближе и присмотрелся. На первый взгляд это были очередные "клетки" для ядовитых тварей: в первой склянке на плоском сланце едва заметно мерцали тонкие нити паутины. Вот только их хозяина я так и не увидел, зато почему-то вспомнил о кровожадных тенетах, поджидавших нас на заснеженных тропах. Правда, та паутина была из снега, а эта…
Я почти прижался лицом к стеклу и пододвинул ближайший светильник, чтобы лучше осветить камень.
… эта походила на обычную, только от нее за версту несло магией и смертельной угрозой. Голову на отсечение даю, но эта дрянь связана с коконом, который притащили в дорожном мешке!
— Она действует так же, как оригинал? — поинтересовался я.
Агаи, который смотрел на свое "детище" взглядом гордого отца, кивнул:
— Абсолютно. Правда, мне пока не удалось добиться самопроизвольного размножения. Его светлость сказал, что не стоит тратить драгоценное время на решение второстепенных задач. И еще есть один побочный эффект, на который я не рассчитывал.
Удержаться от ироничного хмыканья не получилось:
— Только размножения подобной пакости не хватало. Она у вас, поди, еще и под солнцем не горит?
— Естественно, — удивленно посмотрел на меня сирин, — иначе какой в ней смысл?
Я покивал, радуясь про себя, что один из экспериментаторов все-таки разумен.
— Агаи, я запрещаю даже думать о ее разведении. Это тебе не крокуты и даже не шушваль. Покусами не отделаешься.
В ответ парень обиженно поджал губы:
— Сам понимаю. Не дурак.
"Если бы", — подумалось мне, но вслух я сказал другое: — Рассказывай дальше.
Сирин снова оживился, огляделся по сторонам, протянул было руку к большой склянке с мышами, но передумал и ограничился жуком, похожим на огромного таракана. Колдун вытащил пробку из крышки, сунул насекомое и быстро закупорил сосуд. Жук даже не успел коснуться дна, как паутина выгнулась ему навстречу, словно под напором ветра, и спеленала добычу! На дно упал шевелящийся кокон, который буквально на глазах ужался до размера фасолины, после чего взорвался, оставив в воздухе темное облачко праха.
…!
Я медленно распрямился и посмотрел в упор на чокнутого колдуна:
— Агаи, дай-ка левую руку.
Тот удивленно моргнул, недоумевая, какая муха меня укусила, но приказ выполнил беспрекословно. Я задрал рукав, убедился, что руны клятвы на верность остались на месте, и поинтересовался:
— Не подскажешь, как мы сами рядом с этой мерзостью выживем?
Губы сирин тут же растянула самоуверенная ухмылка:
— Эта паутина — результат самого первого эксперимента. В Азале ее, конечно, использовать нельзя, зато если скатать в кокон и заключить его в стеклянные колбы…
Стекло? Коконы? Демон меня раздери… А ведь мальчишка прав! Достаточно докинуть их до противника или рассыпать при отступлении в коридорах… Великолепно, просто великолепно!
Теперь уже я довольно осклабился:
— Сделаешь мне штук пять.
Сирин тут же перестал улыбаться:
— Придется подождать, пока я подберу более совершенный материал для футляра. Стекло слишком хрупкое. Представляешь, что произойдет, если оно треснет в руках или карманах?
И тут же, явно желая уйти от назревающего спора, результат которого был известен заранее, ткнул пальцем в другой сосуд:
— А это подарок для тех, кто приземлится на крыши!
В склянке лежал брат-близнец первого куска сланца, на котором поблескивало "кружево" еще одной ловушки.
Колдун проделал точно такой же фокус что и с предыдущей паутиной, скормив ей еще одного жука. На этот раз шелковистая сеть свернулась лишь в тот момент, когда насекомое коснулось ее всеми лапами. Итоговый результат тоже оказался иным — паутина не рассыпалась в прах, а почти сразу снова развернулась, оставив на камне жесткие надкрылья и колючие лапки жука.
— С более крупным противником она точно так же расправится? — заинтересованно уставился на останки Рис.
Это были его первые слова, после стычки с вампиром.
— Нет, — помотал колдун головой, — переварить человеческие тела быстро не получится.
— А как насчет остального? — продолжил любопытствовать Лаланн. — Что станет с костями? Переварит или тоже выплюнет?
Маг застыл с полураскрытым ртом и неуверенно вымолвил:
— Скорее всего, костная ткань останется.
Я представил, как сыплются очищенные кровожадным заклинанием мослы на головы выживших, и не удержался от смешка — воистину достойный города нежити салют!
— Ну и чувство юмора у тебя, — недовольно проворчал сирин. — Нашел, над чем потешаться.
Я только отмахнулся:
— Давай, показывай дальше!
Следующими на очереди оказались болты, снаряды и стрелы. Алхимик и маг решили использовать все возможности нового заклинания.
— Сколько ты сможешь сделать таких снарядов? — спросил Рис, покачивая в ладони круглый шар и примеряясь к его весу.
Сирин вздохнул:
