Рассказ Марины и грустная песня Анфисы пробудили старые воспоминания, которые, казалось, были надежно спрятаны под семью замками. Одна рассказывала о своей настоящей любви, которой так необдуманно пренебрегла. Другая шифровала свой секрет в словах испанской песни. Возможно, из истории Стефании и получился бы увлекательный рассказ – в иллюстрациях отплясывающего на фоне черничных сумерек пламени, под вкрадчивое нашептывание ветра и саундтрек про лишенную полета птицу. Только это была бы история не о любви, а о крахе – о разбитой мечте и разрушенной карьере.
– Вы даже не представляете себе, Стефочка, каким подарком обладаете! – приговаривал Станислав Яковлевич, разливая по чашкам Петри реактив. Его низкий голос с вибрирующими интонациями гудел в тесной лаборатории, наполнял ее до краев и выплескивался в темный коридор. Стефании, заносившей в журнал данные, было до мурашек по коже приятно слушать голос профессора и, особенно, нежное «Стефочка». Крушинин производил впечатление человека сурового, скупого на похвалу и противника прозвищ. Так было и на самом деле: ко всем коллегам он обращался по имени и отчеству, не делая исключения даже для подруги своей жены – профессора Анны Петровны Яблоневой. А молодую аспирантку сразу стал звать ласковым производным от ее имени.
– Каким же подарком? – поинтересовалась Стефания без нотки кокетства, хоть голос едва не дрожал от волнения, как обычно случалось, когда Станислав Яковлевич затевал с нею разговоры на отвлеченные темы. Беседовали они, как правило, о прочитанных книгах и коллекции пластинок. Крушинин был не только любителем букинистических изданий, но и заядлым меломаном. У него даже имелся настоящий патефон, на котором он прослушивал свои драгоценные винилы.
– Молодостью! – ответил профессор совсем не то, что ожидала Стефания. Она замерла с занесенной над разлинованной страницей ручкой.
– Молодость – это ваше преимущество, которое козырем способно побить опыт.
– Опыт порождает мудрость, – возразила Стефания.
– Не всегда! Да и мудрость – это такой багаж, который тяжело нести, приобретается он непросто и не всем дан. Можно прожить много лет, а мудрости так и не нажить. Вот об этом преимуществе молодости я и говорю, Стефочка. Молодые только стоят в начале пути. Перед вами – множество дверей. Ваш выбор – какую открыть, в какую упорно стучаться. У вас есть время и уверенность для того, чтобы отворять закрытые двери. А еще молодости легко прощают ошибки. Вы, в отличие от «мудрецов», имеете на них право!
