— А вот так! Мы с аквариумами работаем. С рыбками! А с бассейнами — нет. Я Никите Григорьевичу пожалуюсь, мы из-за вас столько рабочего времени зря потеряли, и…
— О, я прошу прощения! — Изольда хлопнула по лбу ладонью. — Ну конечно, аквариум. Я же спросила вас сразу, мы, видимо, друг друга неправильно поняли. Это в кабинете директора, идёмте, я провожу.
Судя по выражению лица, парень такого не ожидал. Он с тоской посмотрел на входные двери, сглотнул и наклонился за шлангом.
— Малая, на два слова, — послышался вдруг грубый прокуренный голос.
Мысленно скрипнув зубами, Изольда повернулась и уставилась на пожилую даму. Сухую, миниатюрную, с крючковатым носом и острым взглядом. Дама была одета в белоснежный поварской халат и фартук шоколадного цвета. На фартуке жёлтым шёлком были вышиты корзина, наполненная выпечкой, и надпись «Хлѣбный домъ». Голову дамы украшал колпак. Она принесла с собой умопомрачительный запах свежесваренного кофе и сдобных булочек. Хотя, по мнению Изольды, внешности и характеру дамы куда больше подошли бы костяная нога, ступа и серный смрад. Но дама не имела обыкновения интересоваться чужими мнениями.
— Мстислава Мстиславовна, я занята, — процедила Изольда. — Это может обождать.
— Это — обождёт. — Мстислава Мстиславовна пренебрежительно ткнула пальцем в специалиста по обслуживанию аквариумов. — А я — нет.
Изольда вышла из-за стойки и подошла к вредной старушенции.
— Что вы себе позволяете? — прошипела Изольда. — Я на работе! Вы здесь вообще не должны появляться!
— Малая, ты совсем? — Мстислава покрутила пальцем у виска. — Расслабилась, мышей не ловишь?
— Что вы имеете в виду?
— Этих парней сколько пришло?
— Двое. И?
— Второй где?
— Где-то там, наверное, в бассейне.
— Ушёл он! — рявкнула Мстислава.
— Ну, ушёл и ушёл, значит…
Изольда осеклась. Побледнела.
— Во-о-о, — кивнула Мстислава. — Дошло, наконец?
Дошло. Она бы обязательно заметила, как парень уходит, если бы он уходил из этого отеля. В котором она исполняла свои обычные рабочие обязанности.
— Как он провалился в призрачный отель? — выдавила Изольда.
— Вот как найдёте — так сразу у него и спросите. А вообще — сама не сообразишь? Самый лёгкий путь — через воду. Небось, в бассейн залез, вот и перебросило. А раз перейти сумел — значит, одарённый он, видящий. Так что сюда обратно его и везите, пока дел не натворил.
Изольда покачнулась. Вот так номер. Непосвящённый видящий гуляет по призрачному Смоленску!
— Дельмо, — послышался новый голос.
Рядом со стойкой образовался китаец неопределенного возраста. То ли среднего, то ли пожилого. Ближе к пожилому. Хотя… За годы совместной работы Изольда так и не нашла в себе смелости спросить, сколько ему лет. Может, он вообще глубокий старик, просто седина не появилась. А может, и сорока не исполнилось.
Чёрные волосы китаец заплетал в косичку, одет был в костюм из плотного чёрного шёлка: брюки и длинную рубаху с запа́хом, перехваченную красным кушаком. На босых ногах сандалии, поверх костюма голубой халат с логотипом отеля — китаец работал в прачечной.
— Много дельмо, — подумав, закончил мысль он. И принялся стаскивать халат.
— Бери Вана — и бегом, — распорядилась Мстислава.
— А Денис?..
— А Денис занят, бабу тискает.
— Мстислава Мстиславовна, это называется «массаж», сколько вам говорить!
— Вот в мои времена за такой «массаж» ему б уже тридцать раз руки оборвали. Дожились, живые сраму не имут, массаж у них…
— Мстислава Мсти…
— Ты ещё здесь? Бегом побежали! Этого я к рыбкам сама сведу. И напарницу твою пну, чтоб не задерживалась. Взяли, понимаешь, моду — в рабочее время шляться чёрт знает где…
Кивнув, Изольда бросилась к выходу, даже не взглянув на парня со шлангом. Вслед за ней торопился Ван. Халат он, недолго думая, всучил обалдевшему парню.
Я придерживал старушку за локоть. Передвигалась она, к слову, довольно шустро, да и тарахтела без умолку.
— Гляжу, гляжу вокруг — ничего понять не могу! Домой иду, иду — никак не дойду! Дорогу, кого ни спроси — никто не знает. Словно по кругу хожу.
— Н-да? — вздохнул я.
Народу вокруг хватало. Поверить в то, что ни один из опрошенных не знает, как пройти на Урицкого — ну, такое. Даже если представить, что реально не знают — навигаторы тоже у всех разом глюканули, что ли? Просто, видимо, неохота связываться. Рабочий день окончен, граждане наслаждаются долгожданной свободой. Сегодня, если ничего не путаю, пятница. Это у меня неделя ненормированная, а офисные сотрудники со стабильной зарплатой в кабаки ломятся и в очередях стоят за разливной «Барницей». А тут бабка — проводи её на Урицкого! Ясное дело, проще сказать, что дорогу не знаешь…
Я вдруг понял, что веду этот мысленный диалог, чтобы избавиться от чувства «что-то здесь не так». Таким бабкам, как та, что шагает рядом со мной, свойственно к таким «юношам», как я, относиться если не враждебно, то настороженно.
Во-первых, возраст — на молодежь большинство знакомых мне пенсионеров смотрит заранее неодобрительно. Просто так, ибо воистину. Во-вторых, внешность — у нас тут не Москва и не Питер, где всем наплевать на всех, хоть голышом ходи.
