В стандартном номере на стуле сидел неопределённого возраста мужчина. Консистенции он тоже был какой-то бесформенной. Толстым не назвать, худым — подавно. Мешковатость одежды усиливала впечатление аморфности. Средней длины чёрные с проседью волосы уныло торчали в разные стороны, мечтая о шампуне и расчёске. Очки в тяжёлой роговой оправе гармонично завершали образ.
— Доброго дня, — поздоровался я. — Меня зовут Тимур, я буду вашим куратором.
— Садись.
Тут нужно заметить, что перед мужчиной стоял журнальный столик (в чём не было ничего удивительного, наши постояльцы могли получить практически любой каприз, просто позвонив по телефону) с шахматной доской. Судя по всему, мой клиент напряжённо играл с самим собой — фигуры стояли в какой-то позиции, а некоторые уже вовсе покинули доску.
Я сел. Прокрутил в голове полученные от Изольды инструкции. Шаг первый — познакомиться, завоевать доверие клиента. Пока он не назвал мне своего имени, мы никуда дальше не уедем.
— Как вас зовут? — Я не придумал более мягкой формулировки и решил, что спросить напрямик — это не хамство.
Но клиент вопрос проигнорировал. Он сказал:
— Ходи.
— Че… Куда?
Я посмотрел на доску.
Суть игры была мне понятна, как двигаются фигуры, я знал, но вот так, с бухты-барахты делать какие-то ходы посреди партии…
— Куда считаешь нужным, — последовал ответ.
Пожав плечами, я переместил на несколько клеток чёрного слона. Клиент, кажется, только того и ждал. Схватил ладью, переставил к моему королю и сообщил:
— Шах и мат.
— Окей, — улыбнулся я. — Может, всё-таки познакомимся?
— Люди делятся на три типа, — отозвался клиент. — Первые, оказавшись в сложной ситуации, анализируют её и действуют наилучшим образом. Вторые предпочитают сразу действовать решительно, надеясь на счастливую звезду. А третьи создают видимость действия, на самом деле занимая выжидательную позицию. Демонстрируя отсутствие решимости и желания или умения анализировать.
Пояснительной бригады не требовалось. Я понял, что меня отнесли к третьему типу, и это нифига не комплимент.
— А вы — профессионал, да? — решил я зайти с другого бока.
Мужчина вместо ответа сноровисто расставил фигуры в исходную позицию и перевернул доску. Передо мной оказалась белая армия.
— Твой ход.
Мысленно вздохнув, я, как великий гроссмейстер Остап Бендер, выдвинул пешку с е2 на е4.
Из номера я вышел в восемь вечера с гудящей головой. Успехи были весьма скромными. Своего имени клиент мне не назвал, но заставил испытать на шахматной доске все пытки камасутры. Наверное, что-то я делаю не так… Завтра попробую сменить стратегию.
На полпути к лифту у меня в кармане загудел телефон. Номер был неизвестным.
— Да? — ответил я.
Голос Кондратия узнал сразу же.
— Привет, Тимур. Я тут катаюсь по городу, пытаюсь угадать, где мог залечь Маэстро. Если хочешь, можешь присоединиться, две головы — лучше, чем одна. Через десять минут буду проезжать мимо отеля. Мстислава не против, я пообещал, что к чёрту в пасть не полезем.
— А перекусить куда-нибудь заедем?
— Легко.
— Выхожу.
Судя по всему, желание Кондратия залучить меня в стройные ряды обходчиков за минувшую ночь окрепло. Я, в свою очередь, не возражал против того, чтобы лучше освоиться в новом для себя мире, посмотреть на него с разных сторон. Сказать «нет, спасибо» никогда не поздно, в конце-то концов. А может, и не придётся. Может, я действительно лучше покажу себя в обходчиках. Они-то не должны мучиться со всякими отбитыми шахматистами…
— К себе вербовать не стану, не бойся, — это было первое, что сказал Кондратий, когда я уселся на пассажирское сиденье фургона.
— Эх. Жаль. А я уже торговаться настроился, чтобы продаться подороже.
Кондратий улыбнулся, давая понять, что шутку оценил. Пояснил:
— Мы с Мстиславой — давние друзья. И давно поняли, что всяк хорош на своём месте. А уж где его место, это он пусть сам решает. Бывало, что с постоялого двора ко мне в Обход переходили. Бывало, что мои обходчики — к ней на постоялый двор…
— В отель, в смысле? — уточнил я.
— Ну да. В отель. Что ни век, то названия меняют! Такая суета — тьфу. Поди в голове удержи. Суетятся, суетятся… А чего суетятся, спрашивается?
— Тоже никогда не понимал, — поддержал беседу я.
Кондратий солидарно кивнул и продолжил:
— Если мы с Мстиславой и пытались чего делить, то давно прекратили. Никого не уговариваем, никого не держим. По сути-то — одно ведь дело делаем. Хотя обидно, конечно, если уходят. Денис, вот, к примеру, из обходчиков к Мстиславе ушёл. Жаль мне было, сильный видящий. И вояка — каких поискать. Недаром полком командовал.
— Денис из обходчиков ушёл? — изумился я.
— Ну да.
— Я скорее бы поверил, что он просился к вам, но вы не взяли. Склад характера у него… не сказать чтобы склонный к ведению задушевных разговоров. Как-то с первого взгляда понятно, что морды бить приятней и привычнее.
