Не дожидаясь приказа, Андрас двинулся Брейту наперерез, заслоняя собой пытающегося прийти в себя младшего принца. Королевский клинок с легкостью лег в атакующую позицию, текучий и плавный в руке, словно наделенный собственной жизнью. Айдан Бирн тем временем уже прятал флейту в чехол на поясе, извлекал из ножен клинок и дагу, но Андрас успел раньше. Сжимаемый им Тейн столкнулся с мечом принца Брейта, сталь глухо заскрежетала о сталь.
Андрас Крейтон мог назвать себя опытным фехтовальщиком. В свои двадцать с небольшим лет он принял участие в нескольких битвах, дюжине пограничных стычек и в трех поединках чести, однако и принц Брейт был совсем не промах, благо обучался у лучших королевских инструкторов. Наследник короля Бринмора дважды лично водил армию в бой, против Мерсии и скоттов. В других обстоятельствах подобный противник оказался бы для Андраса крепким орешком, и неизвестно еще, кто сумел бы взять верх. Однако сейчас клинок двигался в руках Андраса словно живой, и каждое его движение оказывалось безукоризненно точным.
Андрас без труда отбил серию атак, проведенных Брейтом, и сделал собственный выпад. Клинок сверкнул, находя щель в носимых наследником трона доспехах. Принц Брейт пошатнулся, из полученной им раны хлынула кровь. Подоспевший как раз Айдан атаковал Кольдинга в бок. Принц вовремя развернулся, с некоторым трудом парируя, и Андрас воспользовался случаем, чтобы ударить вновь.
Хранимый десятками монархов Регеда зачарованный меч свистнул, опускаясь наследнику трона на голову. Брейт в последний момент успел извернуться, вскидывая закованный в латную перчатку кулак, чтобы отвести удар. Магия, вновь приведенная в движение наследным принцем Регеда, забурлила, взъярилась и вспыхнула, и выставленный Андрасом клинок неожиданно преломился у самого основания. В тот же миг Айдан Бирн ударил принца Брейта в спину, насквозь пронзая корпус. Его окровавленный длинный меч вырвался из раны, уже оставленной Андрасом.
Все это больше не имело ни малейшего значения — поражение и победа, и кто остался в живых. Сломанное лезвие выкованного темными альвами клинка медленно, будто во сне, опускалось на пол, и следящему за ним Андрасу почудилось, будто он слышит грохот падения мира, как если бы каменный фундамент земли прямо сейчас рушился в изначальную бездну. В ушах зазвенело, а следом глухо звякнул осколок королевского меча, наконец ударившийся о каменные плиты. Андрас выпустил из рук бесполезную теперь рукоятку, следом подогнулись колени. Он упал совсем рядом с умирающим Брейтом, на чьих губах пузырилась кровь, а взгляд начинал стекленеть.
Грохот по-прежнему стоял в ушах, упорно не желал смолкать.
В тот миг Андрас Крейтон еще не догадывался, что до конца своих дней обречен слышать крик боли, исторгаемый разрушающимся по его вине миром, бессильно пытаясь заслониться от него нескончаемой и все равно не помогающей до конца выпивкой. Перед глазами все плыло, заволакиваясь вездесущим туманом. Прежде яростно горевшее в камине пламя становилось бледным и тусклым, роскошно вышитый восточный ковер утрачивал яркость красок, природа вещей едва уловимо менялась. Зимний холод наполнял воздух, оседал на языке ломким инеем, промораживал сердце.
«Я что-то испортил. Что-то непоправимо изгадил», колотилась в висках мысль.
Элена Дойл подбежала к Андрасу, трясла его за плечи, хлестала по щекам:
— Что ты наделал, что ты наделал, что ты наделал, — в унисон его собственным мучительным мыслям твердила девушка. Принц Дунстан никак не мог прийти в себя — сидел на полу, перебирая осколки расколовшейся чаши, с потерянным выражением на лице. Его длинные пальцы, обычно искусные и ловкие, сейчас неуклюже и слепо шарили по полу, сгребая обломки чаши Мирддина в единую кучу.
— Это не я, — нехотя выдавил Андрас, отвечая Элене. — Это все его высочество, распроклятый принц Брейт. Вот же упрямая башка. Какого фомора его угораздило начинать драку? Это он расколотил своими заклятиями и чашу, и меч. Этот проклятый дурак единственный во всем виноват, гореть ему темным пламенем вовеки веков.
Слова Андраса, похоже, не слишком убедили Элену.
— Зачем ты использовал против него Тейн? Не понимал, что рискуешь мечом?
— Что под рукой нашлось, тем и дрался, — нехотя буркнул Андрас. Элена начала его раздражать. И без того на душе паскудно до крайности. Беда сжала сердце холодными ладонями, нашептывает в уши о том, что все пропало, что мир обречен, что конец неминуем и скор. Они хотели объединить миры, возвратить мертвому жизнь и сделать навсегда неопасной смерть… но вместо этого просто все разломали.
