— Мы что-нибудь придумаем, мам. Обещаю, — вкладываю всю оставшуюся силу в голос и сжимаю ее плечо. Сдержу ли я обещание? Не хочу лгать и бросать слова на ветер, но я сделаю все от меня зависящее.
Не помню, как я вышла из больницы. Ноги сами понесли к ближайшему метро. Этот день я запомню навсегда, потому что никогда еще не чувствовала себя такой ничтожной. Я металась по Нью-Йорку, как неприкаянная душа, привидение, летая из квартала в квартал. Я не знала, куда идти и что делать.
Если бы я родилась богатой, я бы отправила Коди в самый лучший детский центр.
Если бы у меня были хорошие знакомые, друзья, которые смогли чем-то помочь, поддержать в трудную минуту.
Если бы я не родилась неудачницей, на пути которой каждый день вырастают преграды.
Если бы не я была одна в этом огромном и равнодушном мире.
Если бы существовал такой человек, который мог обнять и приободрить, сказав: «Все будет хорошо. Я рядом».
Если бы…
Если бы…
Если бы жизнь не была такой сукой, которой нравится бить меня по самым уязвимым местам. Теперь
Почему жить так сложно?
Я пришла в себя, когда увидела хмурое лицо Оззи, и поняла, что уже поздняя ночь. Я сижу на крыше «Crosby» и плачу. Он видел мои слезы, видел, что я разбита и сломлена, и было как-то плевать. Пусть смотрит. Как я вообще оказалась в саду и как долго здесь просидела, осталось загадкой. Я не чувствовала холодного ночного воздуха, своих ледяных рук. Я не ощущала ничего. Наверное, так умираешь внутри. В состоянии беспомощности и аффекта люди совершают безумные поступки. Они могут сесть на поезд или самолет, который принесет их в другую страну, подальше от проблем и чувства собственной бесполезности.
Он говорил какую-то чушь о парнях, а я думала, если попрошу у него помощи, поможет ли он или просто выставит за дверь и унизит? У него ведь есть деньги, он просто их выкидывает, будто они ненужные бумажки, а для меня это теперь большая ценность. Я больше склонялась ко второму варианту. Он не обязан помогать незнакомой девушке, которая на дух его не переносит.
Я не могла уснуть. Лежала и смотрела в потолок, какие-то мысли посещали голову и быстро убегали, не оставляя следа. Если бы это был только кошмар. Я закрою глаза, проснусь завтра, позвоню Розе, и она скажет, что с Коди все в порядке, Виджэй приходит со школы и слушает свою ужасную музыку, а Бенджамин читает утреннюю газету «Нью-Йорк таймс», пьет кофе и едет на завод. Как бы я хотела, чтобы все наладилось. Жаль, что наши желания и мечты не сбываются по взмаху волшебной палочки, по мановению щелчка.
Я так и не смогла сомкнуть глаз. Серый бездушный рассвет заполз в комнату, напоминая, что это не кошмар и не сон. Утро — это реальность, ночь — наша маска.
Моя реальность была слишком жестока, но я напомнила себе, что не могу сдаваться и должна бороться до конца.
«Все в твоих руках, Лив, и пока ты их не опустишь, выход найдется всегда».
Бабы странные существа. Убеждаюсь в который раз. Понимать их логику бессмысленно, а разгадывать разные ребусы — тем более. Это целый Лабиринт Минотавра, выбраться из которого не под силу даже Тесею.
Ливия молчит уже несколько дней. Дерзкая колючка, превратилась в молчаливого и послушного ангела. В ручного зверька, который готов выполнять разные команды. Говорила, как механическая кукла, одни и те же фразы бесцветным голосом с безжизненным пустым взглядом, навевая на меня уныние. Честно говоря, это бесило. Лучше пусть спорит и скандалит, выпускает иголки, чем молчит. Резкий переход от дерзкой выскочки с острым язычком, до молчуньи, очень настораживал. Она не вписывалась в рамки моего понимания. Это какая-то новая тактика? Она объявила мне молчаливую войну?
«Бля, такой проблемной бабы еще не встречал. Кто она такая, что я сижу, как идиот, и думаю о ней?» Действительно, какого хрена я сижу в этом дурацком номере? Завтра у нас саундчек, потом внеплановое выступление в клубе на Бродвее, можно будет хорошенько оттянуться и расслабиться в компании парочки крошек. Но сегодняшний вечер не может пройти напрасно…
Я лениво потянулся к тумбочке и нажал на кнопку.
— Да…
— Чтобы была через десять минут, — рявкнул в трубку и бросил ее, довольно ухмыляясь.
Прошлепал к мини-бару и достал джек, отпивая пару глотков из горла. Подключил телефон к колонкам, и помещение заполнила одна из любимых старых песен «I Love Rock N Roll». Я начал покачивать головой в такт, размахивая бутылкой с виски.
— Я видела, как он танцевал там, у музыкального автомата. Я знала, что ему около семнадцати лет. Звучал мощный ритм, играла моя любимая песня. И я точно могу сказать, что очень скоро он будет моим, да, моим, напевая…
В этот момент в номере появилась как раз оторопевшая проблемка по имени Ливия и замерла, удивленно пялясь на меня.
