— Сердце тьмы, почему же ты выбрало меня для этих удовольствий? Я в огне. Гниет душа во мне. И я готов принять всё то, что ты мне дашь опять. То, что дашь мне опять. То, что дашь мне опять. То, что дашь мне опять.
Я не мог совладать со своими внутренними демонами, они — неотъемлемая часть меня. Мой порок. Грех. В очередной раз я становился их рабом, поддаваясь искушению…
Тьма очень привлекательна, но не стоит злоупотреблять ее бесплатными услугами. Не стоит забывать, что она умело заманит в свои сети, как сирены моряков, и выход навсегда закроется.
«Психованный», — думаю, наверное, тысячный раз, когда бегу в сторону отеля подальше от такси и чокнутого гитариста, практически не замечая прохожих. В голове вертится злобный и потухший взгляд бирюзового идиота, его колкие фразы и напряженное выражение. «Все было не так уж и плохо, но его настроение так резко изменилось, словно у беременной женщины!» Замечаю букву «М» и ныряю в метро, скользя между многочисленными людьми, спешащими с работы и по своим делам. Я каким-то чудом протискиваюсь в закрывающиеся двери поезда, который несет меня в Куинс. Решение съездить домой вторгается неожиданно, меняя планы. Я должна сообщить радостную новость своим, поднять их боевой дух, потому что в последнее время в семье творится полный хаос и разлад. Они потеряли надежду, которая все же есть. Пусть Оззи еще не заплатил за операцию, но я уверена, что он сдержит слово и поможет. Не знаю почему, но его решительный и серьезный тон в кабинете доктора вселили в меня огромное облегчение и веру, что донор найдется в ближайшее время, операция пройдет успешно, и Коди несомненно поправится. Надеюсь, что наш «милый» разговор на повышенных тонах в такси на это никак не повлияет.
Я трясусь в забитом под завязку вагоне, блуждая бессмысленным взглядом по развешанным на стенах рекламам и объявлениям. Встречаюсь снова со знакомыми малахитовыми глазами белокурой пианистки Арин О'Кифф и хмурюсь, отгоняя непрошеные дурацкие мысли. Брошенная фраза Оззи, что в мире много похожих друг на друга людей, отрезвляет, и я заталкиваю свои предположения куда подальше. «Ерунда. Я не должна об этом думать, своих проблем по горло».
Дома меня встречает тишина, когда отпираю дверь. Роза, скорее всего еще не вернулась с работы, Бенджамин в объятиях зеленой феи, а Виджэй… Открываю дверь в комнату брата, но там тоже никого. Странно. Помещения все пустуют, и это заставляет меня нервничать. Уборку тоже давненько никто не проводил, судя по слою пыли, и чтобы хоть как-то отвлечься от мрачных мыслей, решаю прибраться.
Завариваю чай и устало падаю на скрипучий диван, включая старенький телевизор, по которому идут вечерние развлекательные программы. Вскоре слышу щелчок и через несколько секунд Виджэя, который сбрасывает ботинки. Он замечает меня, кидает равнодушное «Привет» и быстро идет в свою комнату. Следую за ним, замирая в дверях и наблюдая, как брат включает ноутбук и забрасывает рюкзак в дальний угол. Мы с ним не виделись несколько дней, такая реакция напрягает и дает почву для мрачных размышлений.
— Где был? Уже довольно поздно, — прохожу в комнату, устраиваясь с чашкой в руке на кровати. В нос ударяет какой-то специфичный табачный запах, исходящий от брата, и я плотно сжимаю губы. Не может быть.
— Ты куришь?
— Нет, — нервно кидает он, впираясь взглядом в экран ноутбука.
Я недоверчиво оглядываю его помятый видок, будто он не ночевал дома пару дней, и судорожно сглатываю.
— Почему врешь, Джей? Что происходит?
Парень резко поворачивает голову и грубо кидает:
— Ничего. Все прекрасно, Лив.
Его жесткий тон и угрюмое выражение лица мне совершенно не нравятся, и по коже пробегает неприятный холодок. Не хватало еще бессмысленной ссоры с братом для полного счастья. Ужасный денек…
— Не понимаю, Джей…
— Да ладно, Лив? Не понимаешь, правда? — разворачивается он всем корпусом ко мне, злобно сверкая зелеными глазами.
— Джей… — удивленно бормочу. Впервые вижу его… таким. Таким ожесточенным.
— Ты знаешь, что отец не навещал Коди? Ни разу. Он почти не появляется дома, скорее всего, его уволили с завода, и он не выходит из запоя, после новости о том, что у Коди лейкоз.
Во рту пересыхает, и в горле образуется огромный ком.
