Призрачный исхитрился и ловко перевернулся под ним, подтянул колено к животу и упер босую пятку в грудь Горностаю.
— Я хочу спать! — заявил он.
— А я хочу тебя, — ухмыльнулся Роберт, сверкнув счастьем в серых глазах. Он мягко отодвинул любимую пятку в сторону, но та мгновенно вернулась на место и заставила того сохранять дистанцию.
— А я хочу спать! И собираюсь это сделать!
— Ты сделаешь это, — во второй раз отодвигая пятку, согласился Горностай, — через полчасика или часик. Если задержимся, я обещаю тебя покормить и убаюкать. Пойдет?
Пятка неминуемо в третий раз уткнулась в грудь бывшего старшего лейтенанта.
— Теперь-то что? — нахмурил брови лишь на мгновение Роберт.
Пятка зашевелилась, она поползла вниз и коснулась резинки на шортах полуголого Горностая. Большой палец скользнул по его паху, прогулялся еще ниже и вновь вернулся к резинке. Руфер воспользовался тем, что Роберт от наслаждения потерял бдительность, тощие ноги Призрачного еле уловимо взметнулись вверх, обняли мощную шею бывшего полицейского, в этом захвате Габи повалил любовника на постель в такой позе, что голова того оказалась зажата между его ног.
— Люблю, товарищ бывший начальник, когда ты побежден мной, — рассмеялся Габриэль и отпустил захват.
Роберт не остался в долгу, он вывернулся, встал на колени и подтянул под себя Габриэля, дорвавшись, наконец, до его розовых губ.
— А я люблю тебя. Хотел бы я это хоть когда-нибудь услышать в ответ.
Его язык скользнул по розовым губам руфера.
— Тебе мало того, что ты живешь со мной? — серьезно спросил Призрачный, заглянув в растаявшие серые глаза.
— Мне всегда тебя мало.
Габриэль высвободился из объятий Горностая, прошлепал босиком к двери, лишь там обернулся:
— Если для тебя это так важно, — сказал он тихо, — тогда и я тебя люблю. Ты только никому не говори об этом.
