– Тогда это война, малыш. Я тебя не оставлю, уйду из рода вслед за тобой, и у них появится законный повод начать на меня неприкрытую охоту. Не все поддерживают инициативу этих людей, так что шансы на собрании у нас есть, но подготовиться к самому худшему необходимо.
Я не знал, что со всем этим делать, поэтому, как и обычно, к сожалению, возложил проблему на плечи дяди. Это меня несколько успокоило, уж дядя-то не дурак, справится, но и малым ребенком я уже не был и понимал, что придется ему нелегко. Беспокойство осталось, но не такое сильное, как в самом начале.
Встречу с родом решили организовать на мой день рождения, а до этого момента пришлось ждать и делать вид, что ничего не происходит.
Такаги-сэмпай все же нашла желающую организовать женский клуб кендо. Уж не знаю, как она ее уговорила, но в очередное утро понедельника ученица третьего года Сано Нами стояла рядом со мной у ворот школы и агитировала за вступление в клуб. Кроме нас там был еще и номинальный капитан мужского клуба, вот он на пару с девушкой и агитировал, а я стоял в форме кендо и с синаем и просто мило, по возможности, улыбался. Девушкам. Парням солидно кивал. Само собой, вот сразу с утра к нам никто не побежал записываться, я бы не удивился, если бы и после уроков этого не произошло. Но то ли я отработал по полной, то ли просто повезло, в тот же день в команду записались две девушки и – гром барабанов! – один парень. Друг одной из тех девушек. Ну точно, повезло.
Школьный совет тоже не бездействовал – в газете, которую вывешивали во дворе школы, про меня написали статью, где говорилось, что уж теперь-то мы займем полагающееся нам место на спортивном Олимпе страны. И если кто-нибудь желает приобщиться, то еще не поздно вступить в наш клуб. Через неделю наш инвентарь пополнился обновленной экипировкой, в том числе и женской. К счастью, расходы клуба полностью взяла на себя заместитель председателя школьного совета по вопросам финансов. Она выделяла нам деньги, она же их тратила, ну а я просто делал заказы.
На свой день рождения я был крайне напряжен, что и неудивительно. Дядя Ичиро хотел сначала отпраздновать его у нас дома, а уж потом идти в поместье его семьи, но я отказался – уж лучше праздновать после. Как бы встреча ни закончилась, мы, по крайней мере, не останемся больше в неведении, не зная, чего ждать в скором времени.
Перейдя через зеркало в поместье, сразу направились в главный зал – формально мы здесь собрались на мой день рождения. Но, как вы понимаете, никто его праздновать не собирался, и никакой подготовки к нему не велось, что было видно. Только в зале стояли несколько столов с едой и напитками, между которыми курсировали человек двадцать. Как я понимаю, те самые члены рода. Была там и парочка моих ровесников.
– С днем рожденья, Кен-чан, – обняла меня подошедшая бабушка. – Как ты?
– Все хорошо, спасибо, – улыбнулся я ей.
– Присмотришь за ним? – обратился к ней дядя Ичиро.
– Конечно, – возмутилась она.
– Тогда я пошел, – сделал он вдох-выдох. – Не скучайте.
– Пойдем, Кен-кун, познакомлю тебя с родней.
Стариков в зале не было, в основном взрослые мужчины и женщины. Да и те, как выяснилось, далеко не все из рода Окава. Уже гораздо позже мне пояснили, что они из вассальных родов, коих хоть и немного, но прислать своих представителей они не поленились. Новые знакомые, как правило, выказывали отстраненную вежливость, но были и те, кому я откровенно не нравился, только при бабушке они себя сдерживали. Двое ровесников при знакомстве кривились и старались побыстрей от нас отвязаться.
– И зачем мне было со всеми ними знакомиться? – спросил я у бабушки.
– Чтобы тебя потом не могли обвинить в неуважении, – произнесла она спокойно. – Просто потерпи, Кен-чан, никто тебя не будет заставлять с ними общаться в дальнейшем.
– Куда ж я денусь? – проворчал я.
Не прошло и получаса, как вернулся дядя и отвел меня в отдельную комнату, где расположились восемь человек – шестеро мужчин и две женщины. Женщины были стары, а возраст мужчин сильно варьировался. От ровесника дяди до глубокого старца.
– Просто будь самим собой, – прошептал дядя, выходя из комнаты.
Комната была большой, и сидели люди в ней без какой-то системы, то есть нельзя сказать, что они специально расположились таким образом, чтобы доставить мне дискомфорт, но я стоял у двери, и так получалось, что оказался перед всеми остальными на небольшом пятачке. Даже когда я шагнул вперед, ничего не изменилось.
– Итак, молодой человек, – заговорил один из мужчин примерно одного возраста с дедом-козлом – он тут, кстати, тоже был, – что ты можешь предложить роду? Чего ради мы должны оставить тебя в семье?
При первых звуках голоса все мои переживания и робость испарились – я мечник, воин. Уж учитель-то позаботился, чтобы я умел собраться в нужный момент.
– А разве не должны? – ответил я вопросом на вопрос. – Или среди Окава принято выкидывать из рода по желанию левой пятки?
– Побольше уважения, сопляк, – бросила высокомерно одна из старух.
