Рапис похудел и почернел лицом, похоже, ему приходилось несладко. Последние новости не утешали. Хорошо разработанный план провалился, эта никчемная девчонка выпуталась из неприятностей. Это больше походило не на простое везение, а на то, что ей помогал могущественный покровитель.
На удивление, сегодня Вещий Дисмарх свирепствовал недолго: несколько раз рыкнул и дважды швырнул кочергу на пол.
После того, как кочерга затихла, зазвенел колокольчик — хозяин призывал советника. Рапис ждал и боялся этого зова. Он догадывался, какие вопросы задаст хозяин — такие, на которые Рапис не приготовил ответов. Почти неслышно он открыл дверь и не дыша вошел в каминную комнату.
Вещий Дисмарх сидел на любимом кресле и смотрел на камин. Огонь погас, лишь тлели остатки углей. Хозяин не повернулся на шорох шагов, не посмотрел, кто вошел.
— Скажи мне, Рапис, что случилось? Почему никому неизвестная девчонка мешает мне жить? — спросил он.
Рапис еле слышно вздохнул.
— Молчишь? — продолжил Вещий Дисмарх. — Вот и я не знаю, почему ей так везет. Сегодня ночью ее должны были поймать дикие кочевники и доставить в мои подвалы; но она улизнула и снова вернулась в школу. С таким везением она распечатает свои способности и узнает, кто она. А знаешь, что самое интересное? Мы сами впустили ее в наш мир, когда отправили к людям Атропу с Леем.
Рапис слушал хозяина и не верил своим ушам — было похоже на то, что того охватило отчаяние.
— Хозяин, — неуверенно произнес он, не зная, что сказать.
— Молчи, — отозвался он, — ты ничем не поможешь. Я сам должен подумать. Но не сейчас, потом. Всемогущий Владыка знает, как я устал! Иди, оставь меня.
Рука Вещего Дисмарха безвольно повисла, словно у него совсем не осталось сил. Рапис удивился — никогда он не видел хозяина в таком подавленном состоянии.
— Может, прислать вам девушку?
— Ты думаешь, у меня сейчас есть настроение заниматься с нею? — вяло усмехнулся Вещий Дисмарх и добавил. — Возможно, я не отказался бы от Аннеты, но ты забрал ее от меня и отправил в школу.
— Я хотел предложить девушку не для утех, а певунью, — выкрутился Рапис. — Хорошая музыка и песня вернут вам силы.
Вещий Дисмарх помолчал, словно обдумывая предложение.
— Пожалуй, ты прав. Налей мне любимого вина и пришли певунью и танцовщицу. И ту, и другую выбери по своему вкусу.
Рапис достал бутылку вина, налил в бокал и подал хозяину.
Пока хозяин пил, Рапис обдумывал, кто лучше других снимет с хозяина усталость. Он решил прислать новую танцовщицу, которую специально приберегал для подобного случая. Хозяин еще не видел ее. Советник думал, что гибкие руки девушки, тонкая талия и круглые бедра сделают свое дело.
Первый раз Рапис увидел ее в городском трактире, куда зашел пообедать. Она танцевала огненный танец. Ее руки настолько точно копировали пляшущие языки пламени, что Рапис даже затаил дыхание. Он всегда спокойно относился к танцам, но в этот раз у него внутри что-то екнуло. После танца он прошел к ней в каморку и предложил в три раза больше, чем она получала в трактире, плюс полное содержание. Он удивился, когда понял, что с трудом выдерживает взгляд ее вишневых глаз. И он обрадовался и одновременно огорчился, когда девушка согласилась.
Рапис низко поклонился, хотя Вещий Дисмарх не смотрел на него, и выскользнул за дверь.
Злата не выспалась после ночного путешествия. Она жмурилась, пытаясь держать глаза открытыми, но они плохо слушались. Она шла умываться, шатаясь, как пьяная. Завтрак она пропустила, и Аннета принесла ей в комнату стакан с соком и булочку. Злата отвернулась от булочки, а сок выпила.
— Что-то мне не очень хорошо. — сказала она.
Аннета не стала уточнять, как нехорошо. Видимо, ее устроило объяснение, или она сделала вид, что устроило:
— На уроки пойдешь, или к магистру Аронии?
Злата сморщилась, словно раскусила клюкву:
— Лучше на уроки, чем глотать горькие порошки или отвары трав. Арония, конечно, добрая, но лучше не попадать в ее руки.
Злата вспомнила, как Арония лечила ее от уныния и депрессии, когда она только что попала в школу эльфов. Арония пичкала ее снадобьями весь день и всю ночь, Злата не успевала открывать рот для новой порции лекарств и проглатывать. После такого лечения депрессия быстро улетучилась, а Злата решила, что лучше не сказываться больной и не появляться в медицинской комнате.
***
Первый урок проводил Нум. Злата не любила ходить на его занятия. Ее раздражал его лысый блестящий череп; отутюженный, без единой складки и пылинки черный балахон, но больше всего не нравился его взгляд. Нум смотрел на Злату так, словно ожидал чего-то плохого, или, наоборот, сам замышлял плохое. Злате все время казалось, что он относился к ней предвзято. Скажи Злата маме у себя дома, что на уроках к ней придирался учитель, и та сразу же понеслась бы в школу разбираться. В Альвии жаловаться было некому, наоборот, магистры жаловались, что она плохо учится.
Злата оторвалась от мыслей и сфокусировалась на магистре.
Нум объяснял важную тему.
