Судя по звукам, там двигали туда-сюда тяжелые ящики. В современных отелях стены толстые, с хорошей звукоизоляцией. Времена, когда приходилось колотить в стенку, призывая влюбленную парочку утихомириться, канули в прошлое. Сегодня в гостиничных номерах прочные двери и стены, уплотненные двумя слоями пенного наполнителя. В этой пене, как в студии звукозаписи, тонет любой шум. Из чего вытекало: если я слышу его через стенку, на самом деле громыхает раз в пять-шесть громче.
Я тихо сполз с кровати и натянул брюки. На всякий случай положил в задний карман револьвер и взял с комода пустой стакан. Медленно подкрался к двери, разделяющей оба номера, и прижал к ней стакан. Пусть стены здесь и правда были звуконепроницаемые, но внутренние двери оставались всего лишь деревяшкой. Настал момент напряженной тишины, в которой я слышал только стук собственного сердца. Я ждал, когда снова раздастся шум, чтобы убедиться, что он мне не приснился.
И дождался.
Кто-то двигал в номере мебель. Я различил натужный стон и сразу вслед за ним – звуки ударов спинки кровати о стену. Стонала явно женщина. Я даже расслышал, как она выругалась – красивым грудным голосом, какой бывает у певиц. Потом зашуршали стаскиваемые с кровати простыни и хлопнул перевернутый матрас. Она что-то бормотала себе под нос, но слов было не разобрать.
Я мог поклясться, что это агент ФБР.
И я точно знал, чем она занимается.
Проводит обыск.
Ребекка Блекер обшаривала каждый угол комнаты, от пола до потолка, – искала тайник. Я услышал, как она сняла со стены эстамп и швырнула его на кровать. Распахнула дверцы шкафа и сдвинула в сторону металлические вешалки. Я ждал, что она предпримет дальше, но за дверью стало тихо. Потом женщина опять что-то неразборчиво пробормотала. Интересно, она там одна или нет? Все-таки одна, решил я: будь у нее напарник, он бы ей отвечал.
Должно быть, ключ она взяла у администратора. Ордер на обыск гостиничного номера полиции требуется только в том случае, если дирекция отеля отказывается от сотрудничества. Но такое бывает редко. Конечно, полицейские рейды вредят репутации заведения, но дурная слава притона, в котором укрывают преступников, еще страшнее. Слишком уж благопристойное местечко.
Стараясь двигаться бесшумно, я вернул стакан на комод и медленно приблизился к входной двери. Посмотрел в глазок налево и направо, насколько позволял обзор.
Федералы обычно работают группами – даже если дело расследует один агент, ему помогают сотрудники местных отделений. Я почти не сомневался в том, что увижу в коридоре копа в форме, или парня в мятом костюме с бляхой детектива, или еще одного агента ФБР. Но мне повезло.
Она была одна.
В коридоре стояла тележка с парой грязных тарелок и перевернутыми металлическими крышками. Кажется, больше никаких признаков жизни.
Я знал, что положено делать в такой ситуации. Будь рядом Анджела, она сунула бы мне в руки дорожную сумку и приказала бы уносить ноги: дойти до запасной лестницы, спуститься в подвал, через кухню пробраться в гараж и сесть в машину. Заодно обозвала бы меня тупицей за то, что номер в отеле бронировал через какую-то сомнительную контору. Она начала бы действовать сразу, едва услышав посторонние звуки.
Но Анджелы рядом не было.
А меня разбирало любопытство.
Я медленно надел новую рубашку, пиджак и галстук, что в темноте было не так-то просто, а свет включать я не хотел. Пригладил пальцами волосы, подхватил свою сумку и вышел за дверь.
В коридоре было пусто. Дверь в соседний номер была закрыта. Я попытался заглянуть в глазок, но ничего, кроме расплывчатого пятна оконной шторы, увы, не разглядел. Естественно: дверные глазки предназначены для того, чтобы смотреть изнутри наружу, а не наоборот. Я нырнул обратно в номер триста семнадцать, вырвал из гостиничного блокнота листок, написал
Я направился к лифтам, достал из кармана карту-ключ и разломил ее пополам. Открыл дверь на лестницу и поспешил вниз, перепрыгивая через ступеньку. Агент ФБР не выходила у меня из головы. Итак, теперь ей известно, как я выгляжу. Но ведь и я ее запомнил: и как ее зовут, и какой у нее номер жетона. Будь у меня под рукой компьютер, я бы парой кликов мышкой узнал о ней все. Почему-то мне хотелось покопаться в ее жизни.
