В наземном метро я впрыгнул в первый подошедший поезд, сошел через две станции и пересел на поезд, идущий в обратном направлении. Я все делал так, как учила меня Анджела. Заскочил в секонд-хенд, прикупил кое-какие шмотки и там же переоделся. На станции монорельсовой дороги, пока ждал поезда, достал небольшое зеркальце и загримировался. Мануэль Сарди и Джек Делтон были антиподами. Мануэль не знал ни слова по-английски, и мне это нравилось. Новый образ помог мне взять такси. Я протянул водителю целую пригоршню ринг-гитов и попросил отвезти в Порт-Диксон, куда власть местной полиции уже не распространялась. Оттуда на автобусе добрался до города Джохор-Бару. В порту купил за наличные лодку и переправился через пролив Джохор в Сингапур. На той стороне затопил лодку и направился прямиком в аэропорт, где приобрел билет в один конец на первый же рейс до столицы Колумбии Боготы. После этого я сделал то, что у меня получалось лучше всего, – обрубил всякую связь с внешним миром.
Я путешествовал по свету, нигде не задерживаясь дольше чем на полгода. Я стал настоящим призраком, потому что знал: если Маркус найдет меня, мне придется расплачиваться не только за свои ошибки, но и за ошибки Анджелы. В конце концов, только нам двоим посчастливилось уйти. И я понимал, что рано или поздно настанет время возвращать долги.
Несколько месяцев я пытался выйти на след Анджелы, но у меня ничего не получилось. Гоняться за призраком – все равно что гоняться за туманом. Я сутками сидел за компьютером, ожидая сообщения на один из своих анонимных адресов. Но так и не дождался.
Честно говоря, я даже не знаю, жива ли она.
Она всегда была умнее меня и изворотливее. Если она решит исчезнуть навсегда, мне ее не найти. Все эти пять лет я бродил по улицам разных городов, куда заносила меня судьба, и искал в толпе ее лицо. Я вижу ее повсюду, потому что знаю: она может быть кем угодно. У меня всегда было чувство, что она за мной наблюдает. И, будь я чуточку умнее, в один прекрасный день вышел бы на улицу и увидел, что она меня ждет – с сигаретой в руке и кривой усмешкой на губах.
И вот два дня тому назад – пять лет спустя – Маркус разбудил меня эсэмэской.
Дверь пентхауса закрылась за мной. Я осторожно двинулся к парню с «береттой». Поднял руки вверх, демонстрируя мирные намерения, но сразу вслед за тем медленно вытащил из сумки «узи» и направил на него ствол. Конечно, преимущество было на его стороне, но он позволил мне достать оружие. Никто из нас не хотел превращать обмен в перестрелку.
Волк предпринял не одну и не две попытки прикончить меня, в результате чего потерял своих людей. Если у него еще оставались какие-то мозги, он должен был дать этой парочке приказание не злить меня понапрасну. Похоже, так он и сделал. Парень с пушкой держался спокойно. Невозмутимое выражение лица свидетельствовало о том, что ему доводилось бывать и не в таких переделках. Перестрелка в пентхаусе отеля – это было бы слишком даже для Волка. А ведь стоило одному из нас нажать на спусковой крючок, и бойни, а следовательно, и вмешательства полиции не избежать. Поэтому я рассудил, что парень с «береттой» не намерен пускать оружие в ход, если только его не спровоцировать. Я двигался к нему уверенным шагом, держа «узи» в поднятой руке.
– Ты кто? – спросил парень.
Должно быть, он видел мое фото в телевизионном выпуске новостей, но сейчас я выглядел иначе, и это сбивало его с толку. Но я не сомневался: он сообразит, кто я такой. Мало кому хватит безрассудства расхаживать с миллионом баксов в мешке, да и ствол «узи», направленный в лицо, служит убедительным аргументом.
– Я Призрак. Где Волк? – произнес я.
– Мистер Тёрнер не пожелал присутствовать при сделке, – сказал второй парень, охранявший рюкзак. – Он просил передать вам, что если когда-нибудь еще увидит вашу физиономию, то вышибет вам мозги.
Я молча кивнул в ответ, продолжая шагать к парню с рюкзаком. Поравнявшись со статуей, которая загораживала меня от стрелка, я остановился. Он сдвинулся в сторону, чтобы по-прежнему держать меня на мушке. Все-таки я предпочел бы иметь хоть какое-то прикрытие.
Я снял с плеча мешок с федеральным грузом. Он глухо ударился о мраморный пол. Избавившись от ноши, я схватил автомат обеими руками и направил его на парня с «береттой».
Хранитель рюкзака посмотрел на меня, потом на мешок у моих ног.
– Это то, что вы обещали? – спросил он.
– Я бы показал вам, но при вскрытии может произойти взрыв чернильных бомб, – сказал я. – У мешка свинцовая подкладка, чтобы блокировать сигнал GPS.
– Я проверю деньги, – сказал он. – У нас есть сканер.
Он достал из ящика большой электронный прибор, по форме напоминающий маркировочный этикет-пистолет. Сверху у него был голубой сенсорный экран, а внизу – лазерный наконечник, похожий на пульт управления телевизором.
Я ногой подтолкнул к нему мешок с деньгами.
Парень чуть приоткрыл его, воткнул головку прибора и подождал несколько секунд. Устройство издало радостный писк, и парень вытащил его обратно.
– Все нормально, – кивнул он.
– А вы принесли обещанное?
