Нилла планирует забрать книгу заклинаний и сбежать с острова Роузвард раз и навсегда. Но когда налетает волшебная буря и приносит маленького загадочного изгоя, Нилла и Соран прячутся на маяке, пока буря не пройдет.Они взаперти и не могут скрываться от растущей симпатии.Но судьба против них. Соран знает, что созданный им кошмар не будет долго оставаться в оковах. Он должен убедить Ниллу покинуть его, сбежать из Роузварда, пока она не стала новой жертвой Девы Шипов. А Нилла видит, что близок момент, когда она предаст Сорана. Он не простит ее, но как она может поступить иначе? Жизнь папы зависит от выполнения ее миссии.Найдут ли две души путь среди спутанных зарослей лжи и недоверия? Или шипы разлучат их… навсегда?
Сильвия Мерседес
Призрак
(Маг со шрамами из Роузварда — 3)
Перевод: Kuromiya Ren
1
Холод пробрался в глубины ее подсознания. Сначала он был едва заметным — слабый шепот, дрожь — и она так глубоко спала, что отмахнулась бы от этого. Но ощущение стало сильнее, невольно заставляя ее проснуться.
Боггарты! Она не была готова проснуться.
Она сосредоточилась, накрыла сонливостью свой разум, как толстым одеялом. Может, это был просто сон. Сон — пускай, если не слишком яркий. Если он не станет кошмаром…
Порыв ощущения взвыл в ее духе, сотрясая ее. Нилла не могла игнорировать это. Она не могла уже притворяться.
Нилла открыла глаза.
Холодный мир вокруг нее был темным, как гробница. Она заморгала, пытаясь пробудить разум, вспомнить, где она была.
«Ноксор?» — подумала она. Страх сдавил сердце. Она все еще была в плену в королевстве Ночи?
Постойте. Тусклый красноватый свет мерцал на знакомых камнях над головой. Нилла со стоном повернулась на бок, выглянула из кровати в нише на комнату, тускло озаренную углями в камине. Боль пронзила во многих местах ее тело, местами слабая, местами сильная. Ее бок болел, там ее проткнула ветка, кожу жгло от множества мелких порезов, они заживали, но еще не зажили. Она скривилась и медленно села, подтянула одеяло к дрожащим плечам. То ощущение, холод в душе, осталось. Она закрыла глаза и покачала головой, чтобы отогнать его. Не получилось.
— Что-то не так, — прошептала она.
Она огляделась, но все в комнате было на местах. Стол и стулья, где она провела много долгих часов с пером в руке над пергаментами и странными тексами. И камин с углями окружали потрепанные чайники, сковороды и ржавые кочерги. Дверца шкафа была приоткрыта, было видно много книг и свитков, хаотично запиханных в ниши. Все было на месте.
Но воздух ощущался… неправильно.
Тихое скуление задело ухо Ниллы. Хмурясь, она посмотрела на теплое место на ее кровати, где она ожидала увидеть худую виверну, свернувшуюся калачиком и тихо сопящую. Место было пустым, хотя она ощущала вмятину от чешуйчатого товарища.
— Червяк? — прошептала она. Голос звучал странно в онемевшем воздухе.
Скуление донеслось снова, тихое, но четкое. Она выглянула из ниши, укутавшись в одеяло, как в плащ, сжимая ткань у плеча. Ее взгляд поднялся на балки. Свет камина не доставал туда, но она вроде бы различила косок на одной из балок под потолком.
— Червяк? — сказала она. — Это ты?
Два сияющих глаза моргали, глядя на нее. Она увидела острые белые зубы, услышала тихое бульканье.
А потом охнула и чуть не согнулась, порыв взвыл в ее душе. Прошло несколько мгновений, и она поняла, что это было не физическое ощущение. Она ощущала его все равно, и от силы ощущения оно казалось физическим.
— Что это такое? — выдавила Нилла. Порыв отступил, а потом подул еще сильнее. Только убеждение, что это не должно влиять на ее физическое тело, не дало ей упасть.
Нилла бросила одеяло, выбралась из кровати и прошла босиком по холодному камню пола, вздрогнула, увидев на своем теле большие штаны и просторную окровавленную рубашку. Точно. Жены Кириакоса забрали ее платье, и ей пришлось взять одежду мага Сильвери. Она затянула плотнее шнурок на воротнике, когда третий порыв чуть не сбил ее с ног.
Виверна на балках превратила испуганный писк Ниллы в дуэт.
Нилла развернулась, озираясь. Невидимый монстр пересек защиту маяка? Но напряжение в воздухе не ощущалось как монстр. Это было как… скорее как…
Шатаясь от атаки духовного ветра, Нилла пересекла комнату к двери маяка, сжала ручку… и замерла. Было опасно открывать дверь ночью — Дева Шипов ходила по острову Роузвард от заката до рассвета. Но то, что вызвало это странное чувство, не ощущалось как носрайт. Это было нечто большее, более дикое.
Нилла вдохнула. Ей отступить? Вернуться в нишу? Накрыть голову одеялом и дрожать, надеясь, что маг спустится из комнаты наверху и что-то сделает?
— Ни за что, — прорычала она и повернула ручку.
Дверь тут же вылетела из ее руки и ударилась об стену. Нилла отшатнулась на пару шагов, зажмурилась и отвернула лицо, подняла ладони от ветра, бьющего по лицу и путающего волосы. Ее веки опалила ослепительная вспышка, и на жуткий миг она думала, что ослепла.
А через миг поняла, что ощущение не было физическим. Ее глаза все еще были целыми, под ее контролем. Она усилием воли открыла их.
— Семь богов, сохраните! — выдохнула она.
Обычно вид из двери тянулся от маяка на скале до широко простора постоянно меняющегося моря Хинтер. В обычных обстоятельствах от такого вида сердце Ниллы замирало.
Но тут было намного хуже.
Странная буря неслась по небу, отражаясь на волнах внизу. Хоть она двигалась в той же манере, что и облака, выглядело так, словно свет стал плотным. Или огонь, который не поднимался языками, а растекался бушующей и растущей массой. Ее краски менялись от красных, до зеленых и фиолетовых, до тех, которые Нилла не могла назвать, не могла понять смертным разумом.
