Все когда-то заканчивается – закончились и эти круги бюрократии. Данилюк со Стефанией успешно их прошли и получили на руки крайне нервного, страшного раздраженного дядьку. Выглядел он так, словно не спал несколько лет – впрочем, здесь это вполне могло оказаться правдой.
- Шесть лет!.. – простонал он, когда узнал, что его переводят. – Я шесть лет провел в Аду! Шесть лет меня держали в запертой машине, травили выхлопными газами и кидали в лобовуху камни!
- Это за что его так? – спросил Данилюк.
- Пробки всю жизнь по обочине объезжал, - равнодушно ответила Стефания.
- Шесть лет!.. Шесть...
- Да не визжи ты! – прикрикнула чертовка. – Тут некоторым каждый день ананасы в жопу заталкивают! А всего шесть лет в запертой машине – это вообще по-божески. Теперь вот в Чистилище поедешь.
- А почему не в Рай?!
- Ну ты наглый. Рай ему подавай, джакузи со шлюхами. Ты его заслужил, Рай-то?
- А что, нет?! – возмущенно подался вперед дядька. – Я свой срок отсидел! Теперь мне положено!
- Положено ему, - осклабилась чертовка. – Размечтался. Ты отбыл срок только за грехи действия. А теперь будешь отбывать за грехи помыслов.
- Это как?
- Дело в том, что вы, будучи крещеным, в посмертии подчиняетесь христианскому канону, - объяснил Данилюк. – А по нему существует два вида греха. Грех действия – это когда вы причиняете кому-то вред. Человеку или хотя бы животному, прямой или хотя бы косвенный. Есть тяжкие грехи, есть легкие, но если вы кого-то хотя бы обругаете – это грех действия, и за него начисляется срок в Аду. А грех помысла – это когда вы грешите только в своих мыслях, не причиняя вреда другим. Те самые широко известные жадность, зависть, гордыня... и остальной список. За них срока в Аду не начисляется, однако в Рай с таким эмоциональным грузом тоже не пускают. Именно для этого и существует Чистилище.
- А-а, дошло, - кивнул дядька. – То есть если я сделал что-то плохое – меня в Ад. А если подумал что-то плохое – в Чистилище.
- Ага, примерно так, - подтвердила Стефания. – Причем в Аду тебя наказывали мы. А в Чистилище ты сам себя наказывать будешь.
- Как это сам?.. Самому себя бить, что ли?
- Нет, просто стыдиться. Раскаешься, осознаешь, исправишься, станешь весь такой из себя клевый и позитивный... и добро пожаловать в Рай. Хотя тебе вряд ли светит.
- Это почему еще? – набычился дядька.
- Да так. Мнение у меня такое.
«Кадиллак» домчал их до Чистилища за четверть часа. Пассажир сзади всю дорогу ворчал и въедливо расспрашивал, как оно там будет, да что с ним будут делать. Свой адский срок он отбывал всего лишь в Первом Круге, но ему все равно не понравилось и от Чистилища он не ждал ничего хорошего.
Данилюк пытался втолковать, что делать с ним не будут ровным счетом ничего. Чистилище – не карательное учреждение, а исправительное. Хочешь – зарабатывай билет в Рай, хочешь – просто живи, как жил на Земле. И даже, в общем-то, лучше, потому что все бесплатно.
Но дядька все равно был настроен пессимистично и нервно сжимал сиденье.
Хорошо хоть бюрократии по прибытии оказалось гораздо меньше. Данилюк со Стефанией просто сдали сидельца клерку, получили расписку о получении и вышли на улицу.
После нескольких дней отсутствия вечный туман Чистилища показался Данилюку каким-то особо родным. Он сам не заметил, когда успел привыкнуть к этому уголку спокойствия меж Раем и Адом.
- Так, ну у меня дел пока что нет – могу тебя подбросить домой, - предложил он Стефании.
- Да я в Ад-то возвращаться особо не тороплюсь, - хмыкнула та. – Давай займемся чем-нибудь, что ли?
Данилюк пожал плечами и предложил сходить в кино.
В плане развлечений и общественной жизни Чистилище мало отличалось от современной Земли. Разве что денег не брали. Кинотеатр, куда зашли Данилюк со Стефанией, работал практически сам по себе – фильмы крутились круглосуточно, зал при необходимости мог расшириться, а сонный бармен раздавал попкорн всем желающим.
Стефания, правда, предпочла орешки. Кедровые. Лузгая их, точно белочка, она плюхнулась на свободное место и закинула ноги на спинку переднего кресла. Благо там никто не сидел... да и вообще зал почти пустовал.
Вошли они на середине сеанса. Шел какой-то американский фильм, снятый уже после смерти Данилюка. Своего кино в Чистилище почему-то не снимали, хотя вообще-то здесь хватало и режиссеров, и сценаристов, и актеров.
Но в мире живых и без того наснимали уже море всякого, так что недостатка не было. Толком ничего не поняв, Данилюк со Стефанией досмотрели первый фильм и сразу начали второй. На сей раз старый, но Данилюк его не видел.
Да и никто в его родном мире не видел комедию «Три веселых эсесовца». Судя по вступительным титрам, сняли ее в 1994 году на студии «УФА-фильм».
Да, Чистилище, как и Рай, обслуживает множество версий планеты Земля. Как минимум десятка полтора. И некоторые из них... отличаются от его родной Земли. Во всех сейчас девятнадцатый, двадцатый или двадцать первый век, но вот ход истории совпадает далеко не всегда.
