На самом деле позиций было больше семи. Круг с волнистой линией разделялся в двух направлениях, причем одно мерцало голубовато-белым, а другое пылало алым огоньком. Стрелка вправо-влево и вовсе уходила в кольцо на аж восемь малых позиций.
Данилюк задумчиво стиснул рычаг. Сеньора Каэтана терпеливо ожидала на заднем сиденье.
Если вдуматься, она вряд ли сможет тут чем помочь. Ее-то духовный транспорт – конь. Там всяко управление совсем другое. На астральных авто она, безусловно, каталась и раньше, но водить – вряд ли. В Чистилище можно водить только собственную машину.
Данилюк вздохнул. И остановил выбор на пунктирном круге.
Догадка оказалась верной. Едва он дернул рычаг, как вокруг стал сгущаться такой знакомый, такой привычный туман. Несколько секунд, и все утонуло в белесой мгле, а снизу повалил снег.
Лимбо.
- Хорошо, - сказала Каэтана, делая отметку в блокноте. – Теперь верните нас обратно, и я поставлю вам зачет.
Данилюк снова задумался. Рука ненадолго зависла над рычагом. «Вверх» и «вниз» тут явно не годятся – в Лимбо нет никаких слоев Тени, нету Семи Сфер. Нейтралка тоже не то. Значит, либо стрелка вправо-влево, либо с волнистой линией, либо кофейная чашка.
Хм, а может, чашка – это возвращение на базу? Такой символ дома, отдыха... звучит вроде логично.
Гордый своей догадливостью, Данилюк перевел рычаг в эту позицию и завертел головой, ожидая исчезновения тумана. Но тот не исчезал, вокруг по-прежнему царило Лимбо. Машина никуда не перемещалась.
Однако рядом с приборной панелью что-то зажужжало. Послышался звук текущей воды. А потом откинулась крышка, и на небольшом подносике выехала кофейная чашка.
С кофе.
Данилюк уставился на нее в немалом изумлении. И даже сеньора Каэтана издала сдавленный звук и подалась вперед.
- Ваша моторизованная повозка только что сварила кофе? – переспросила она.
- Сам в шоке, - ответил Данилюк.
Вот чего-чего, а подобной функции он не ожидал. Подсознание совершило весьма странный выверт, наделив кабриолет такой возможностью.
- Я... я сам не знаю, как это у меня получилось... – пробормотал Данилюк.
- Да, такого мой андалузец не умеет, - согласилась Каэтана, беря чашку и делая глоток. – Хотя кофе неплохой.
Вокруг иногда появлялись кусочки сотворенного. Возникали из ниоткуда, из ничего. Летишь-летишь в бесконечном тумане, а потом хоп – внизу-то домик.
С возвращением в Чистилище Данилюк разобрался быстро. Не так уж и много вариантов было на рычаге. Сдал экзамены, стал полноценным освобожденным духом и теперь работал не только во внешних кругах, но и других астральных зонах.
В первую очередь – Лимбо и Загробье. Дальше его пока не посылали.
Сейчас он летел именно по Лимбо. Без конкретного задания, просто в поиске. Если начальству он вдруг понадобится, на смартфон придет сообщение.
Работал так Данилюк уже почти месяц. За это время разыскал пятерых выпавших из системы и отвез их в Чистилище. Может показаться, что всего пятеро за месяц – не так уж и много, но найти в Лимбо кого-то конкретного – задача адски трудная. Данилюк рыскал практически... даже не практически, а просто вслепую. Шарил в тумане на ощупь.
И сегодня он снова нашел человека. То есть духа. Туман под колесами слегка сгустился, принял определенную форму, и Данилюк сбавил ход. Несколько секунд спустя он приземлился возле большой войлочной юрты.
У входа, как и полтора года назад, сидел низенький коренастый киргиз. По-прежнему в синем халате и с пиалой, только теперь еще и с казаном плова. Глянув на Данилюка без малейшего удивления, он спросил:
- Ты что, не нашел станцию? Заблудился, что ли?
- Э-э... вообще-то нашел и уехал... – растерянно заморгал Данилюк. – Я... меня очень долго не было.
- Несколько часов – это для тебя очень долго?
- Вообще-то, года полтора...
- Правда, что ли?
Киргиза эта информация вроде бы не расстроила. Он повел рукой, предлагая присесть, и спросил, хочет ли Данилюк кумыса. Тот, в свою очередь, предложил хозяину юрты кофе.
Киргиз не отказался.
Некоторое время они с Данилюком молча сидели и пили. Торопиться было некуда. В загробных мирах вообще никто никогда не торопится.
Потом Данилюк предложил киргизу переехать. В Чистилище его всяко пустят, а если даже нет или он вдруг сам туда не хочет – в Черный Город. Или в любое другое место по его выбору.
Киргиз неспешно прихлебнул кофе и покачал головой.
- Я могу уйти сам, - напомнил он. – Когда захочу. Я уже уходил, а потом возвращался. Мне здесь нравится.
- Уверен? Там ты хоть имя свое вспомнишь.
- А что мне с того имени? Есть мне его? Спать на нем? Кому какая разница, как меня зовут? Ты вот как меня зовешь?
- Ну... вслух никак. А про себя... про себя – киргизом. Хотя я даже не уверен, что ты киргиз. Может, ты узбек?
- Да зови ты как хочешь, кому какая разница? У животных вот нет имен – страдают они от этого? Меня устраивает моя юрта посреди Лимбо.
- Ну устраивает так устраивает, насильно мил не будешь, - не стал спорить Данилюк. – Но если вдруг передумаешь...
- Если передумаю – просто сяду на поезд и уеду, куда мне захочется, - налил себе еще кумыса киргиз. – Твое здоровье.
