Пару раз огрев животное, женщина повернулась к доминошникам и заорала на пределе громкости:
— А ты, козел безрогий, куда глядишь? Я тебя зачем во двор выпустила? Чтобы ты с дружками своими по столу стучал? Я тебя выпустила, чтобы ты за Кларкой присматривал и за бельем тоже! А ты, балбес, и не думаешь…
— Валя! — пробасил Михаил Борисович, приподнимаясь из-за стола. — Я следил… а что мы тут играем, так кому от этого вред? Мы же, как говорится, приятное с полезным…
— Какое там приятное! — не унималась Валентина. — От тебя ничего приятного уже двенадцать лет не происходит, а пользы и вообще как от козла молока! Вон уже милиция по твою душу пришла! Что ты опять натворил?
— Ничего такого я не натворил! — пытался утихомирить жену Кукушкин. — Товарищ просто хочет выяснить, где конкретно я находился вчера поутру…
— Да где ты можешь находиться?! — вопила Валентина. — Ты только здесь и находишься — с дружками своими окаянными пиво хлещешь и козла забиваешь! И поутру, и посреди дня, и до самого вечера! Вы потому и любите так козла забивать, что сами чистопородные козлы!
— Постойте, гражданочка! — перебил женщину Василий, которому надоело выслушивать бурную сцену из супружеской жизни. — Значит, вы подтверждаете, что ваш муж, Михаил Борисович Кукушкин, вчера находился здесь и никак не мог оказаться в санатории «Солнечный берег»?
— Он? В санатории? — Валентина громко расхохоталась. — Да кто его туда пустит? Вот мне бы, конечно, хорошо в санатории подлечить нервы, которые я через него расшатала!
— Значит, вы подтверждаете… — начал заново участковый.
— Ничего я не подтверждаю, не имею такой привычки, а только он точно здесь торчал, с утра до вечера.
И Валентина рассказала, что с утра выпустила мужа во двор, поскольку он есть все равно личность в домашнем хозяйстве бесполезная, а там, во дворе, может, хоть присмотрит за сохнущим бельем и за пасущейся козой по имени Клара Цеткин, которая получила свою кличку за склочный характер. Но он, Михаил, даже на такую малость оказался не способен, как может видеть сам участковый…
— Ясненько-понятненько… — протянул Уточкин, выслушав страстный рассказ Валентины Кукушкиной, прерываемый в некоторых местах многословными сожалениями о своей неудавшейся жизни, — а тогда скажите-ка мне, гражданин Кукушкин, каким образом неизвестный злоумышленник проживал в санатории «Солнечный берег» по вашему паспорту?
— Чего? — Супруги дружно вылупили на него глаза. — Как такое случиться может?
— Хватит дурака валять, граждане Кукушкины! — рассердился Василий. — Говори, Михаил, кому паспорт продал? Дело серьезное, в убийстве тот тип из санатория замешан!
— Ми-иша! — взвыла Валентина и тут же прикрыла рот рукой, внимая строгому взгляду участкового.
Коза Клара Цеткин, не помня обиды, подошла к хозяйке и ткнулась ей в колени печальной мордой.
— Да я ничего, — забормотал Михаил, — я никому… это ж документ, что я, не понимаю, что ли…
— Быть того не может, дома его паспорт! — Валентина отпихнула козу и понеслась домой.
Василий подхватил расстроенного Кукушкина за локоть и повел его к подъезду.
— Я же говорил, что посадят! — напутствовал их тип в сиреневой майке с наколками на бицепсах.
В квартире Валентина Кукушкина рылась в ящиках комода, где хранила документы под бельем. На пол летели семейные трусы и атласные розовые лифчики поразительного размера, потом на свет появились сберкнижка, ее собственный паспорт и табель ученика девятого класса Кукушкина Вити с одними тройками, среди которых нечаянно затесалась четверка по физкультуре.
— Нету, — упавшим голосом сказала Валентина и плюхнулась на диван, потому что ноги ее не держали. Но тут же вскочила и с воплем «Паразит, совсем мозги пропил!» вцепилась мужу в жидкие волосенки.
— Спокойно, граждане, — Уточкин был наготове и ловко разнял супругов, — отношения потом выясните, а сейчас нужно с паспортом разобраться. Когда вы его в последний раз видели?
Выяснилось, что паспорт видели две недели назад, когда тот понадобился Михаилу, чтобы получить на почте посылку.
— От Люси, золовки, посылка пришла, — утирая слезы, сообщила Валентина, — они с мужем на Севере живут, вот рыбу соленую иногда присылают, очень хорошую… И главное, я ведь сама ироду этому, — она кивнула на мужа, — паспорт выдала, а как не дать, если посылка на его имя… А он как получил посылку, так и загудел, половину рыбы они с дружками съели…
— А чего ж сама с ним не пошла? — поинтересовался участковый.
— Так смена у меня была! — Валентина всплеснула руками. — Я же работаю на птицефабрике! Кур полупотрошу! Как увидела я, что рыбы мало, так и отлупила его скалкой! А про паспорт из головы совсем вылетело…
— Да… либо посеял его по пьяному делу, либо на почте сперли, пока он ушами хлопал… — буркнул Василий, вставая.
— Что теперь делать? — Валентина снизу заглядывала ему в глаза. — Арестуете Михаила?
— Да кому он нужен-то! — с досадой ответил Уточкин. — Завтра с утра в отделение пускай идет и заявление напишет, что паспорт украли. А то не оберетесь потом неприятностей…
— Сама его отведу! — Валентина с готовностью закивала.
