Я спокойно и, стиснув зубы, сидел на стуле посреди гостиной и терпеливо ждал, когда процесс изменения моей внешности закончится. Зеркало по настоянию Лешего передо мною отсутствовало, поэтому я только мог догадываться, что вытворяет со мною мой товарищ. Те манипуляции, которые осуществлял старик, в том числе и неожиданный и весьма болезненный укол в ухо, и без зеркала вызывали у меня довольно сильную тревогу, но делать было нечего и деваться некуда. Оставалось молча и неподвижно сидеть на стуле и ждать результатов моего преображения. Эх! Сколько их было! Преображения, преображения…
Очередное из них последовало довольно скоро. Леший поднёс к моему лицу зеркало, и я ахнул. Да, теперь меня не узнает и мать родная. Я удивлённо смотрел на своё отражение. Волосы на голове полностью отсутствовали. В мочке правого уха болталась, очевидно, серебряная серьга. На лице имелись усики, переходящие в небольшую аккуратную бородку. Они имели чёрный цвет и были очень тщательно подстрижены. Я погладил сначала лысину, а потом бородку. Так, значит, я стал брюнетом, вернее, из-за отсутствия волос на голове, полу брюнетом. Ничего себе преображение! Не ожидал, не ожидал!
— Что ты со мною сделал? — хрипло спросил я.
— О, совершенно забыл! — Леший водрузил на мой нос затемнённые стильные очки в толстой оправе. — Великолепно! Ты превратился в совершенно другого человека!
— Ну а зачем ты сбрил все волосы? — возмутился я. — Неужели нельзя было меня просто перекрасить и сделать жгучим брюнетом? А серьга зачем?
— Теперь у тебя совершенно новый имидж, — усмехнулся Леший. — Ты байкер, этакий быстрый и беспечный ездок, отчаянный и лихой покоритель пространств, апологет свободы и независимости, вечный бродяга, пофигист, оптимист и анархист, а кроме этого ироничный философ и неисправимый романтик, а помимо всего перечисленного, возможно, даже и поэт.
— И это всё обо мне? — усмехнулся я.
— Конечно о тебе! — весело воскликнул Леший с огромным и неподдельным энтузиазмом. — Внимательно всмотрись в лик, отражённый в зеркале. Какая необыкновенная, обаятельная и задумчивая одухотворённость, тесно сплетённая с мягкой наглостью и тонким цинизмом!
— Ну и где же мой мотоцикл и кожаный прикид?
— Я всё быстро и как надо организую. Не волнуйся и совершенно не беспокойся по этому поводу! — горячо заверил меня старик. — Какой мотоцикл желаешь?
— Ну, конечно же, мне подойдёт только «Харли Дэвидсон», самый крутой и современный, но стилизованный в стиле «ретро», да чтобы был помощнее и позлее, — иронично ответил я.
— Сделаем в два счёта. Не волнуйся. Ну, а теперь будем фотографироваться, — весело произнёс старик и достал из шкафа фотоаппарат.
— А это зачем? — спросил я, а потом поморщился и сказал. — Ах, да. Извини, нахожусь под воздействием своей новой внешности. Я от неё пришёл в такой восторг, что даже не могу выразить его словами. Пребываю в эйфории и испытываю полный экстаз. Конечно, фотографируй.
— Так, нам нужны фотографии на паспорт и на водительские права. Сейчас они будут готовы.
— А сам паспорт и права?
— Есть у меня один выдающийся специалист, — старик навёл на меня весьма допотопный фотоаппарат. — Сделает документы по всем правилам, как надо. Комар носа не подточит.
— Но сейчас всё проверяется посредством компьютера.
— Имеется ещё один специалист, — восхищённо произнёс Леший и зацокал языком. — Компьютерный гений. Выдающийся хакер. Умница, гигант, самородок! Да! Чуть не забыл. Сейчас я сниму у тебя ещё и отпечатки пальцев. Те, что были в базе данных на тебя, прежнего, ну, если они были, удалим.
— Нет нигде моих отпечатков, — вздохнул я. — Ты забыл, что я призрак? А разве может призрак оставлять где-либо свои отпечатки, не имея их в натуре?
— Ах, да. Конечно, — рассмеялся старик. — В общем, ребята мои сделают всё, как надо. Не будем вникать в тонкости их работы, которые мне и тебе по большому счёту недоступны, а если бы и являлись таковыми, то были бы абсолютно непонятны. Кстати, нам надо решить ещё одну проблему.
— Какую?
— Дело в том, что мои умельцы испытывают постоянную потребность в деньгах, — тяжело вздохнул Леший. — Собственно, кто её в нашем скорбном мире не испытывает.
— Намёк понял, — усмехнулся я. — Каков будет их и твой гонорар? Выноси окончательный приговор.
— Обижаешь старика! — возмутился Леший. — Я с тебя ни копейки не возьму! Боевое братство — это святое! Ну, вот только осмелюсь попросить у тебя небольшую сумму в долг. Отдам его обязательно в течение пары месяцев. Ты знаешь, последнее время я стал остро нуждаться в деньгах.
— Какова она, эта сумма?
— Ну, хотя бы пятьдесят или сто тысяч долларов, а лучше сто пятьдесят или двести.
— Что?!
— Ну, ладно, остановимся на семидесяти.
— Наверное, в казино или на скачках собираешься их потратить, смиренный отшельник ты наш? — усмехнулся я.
