— Ваши действия таковы, — зловеще усмехнулся Леший. — Вы все очень и очень медленно проходите вон к той противоположной стене, становитесь вдоль неё, не опуская рук и широко расставив ноги, после чего аккуратно достаёте двумя пальцами имеющееся у вас оружие, бросаете его как можно дальше от себя в мою сторону. Потом вы медленно опускаетесь на пол с интервалом в метр, по-прежнему держите руки на шее. А затем я связываю вас одного за другим, и мы приступим к серьёзному разговору. Дочка мне в этом Богоугодном деле поможет.
— И чем же объяснить такие кардинальные изменения в вашем настроении, поведении и в действиях? — по-прежнему спокойно произнёс Лейтенант. — А вообще-то здесь скоро появятся мои люди, агенты ФБР, эксперты, медики и раненые. Как вы объясните им сложившуюся ситуацию?
— Вы правы. Нервы и усталость притупили мой мозг. Ну, что же, немного переиграем намеченную мною заключительную сцену из сегодняшнего длительного и утомительного спектакля. Господа, прошу всех наверх, — старик взял свободной рукой автомат, стоявший около ножки стола, указал пистолетом в сторону лестницы, ведущей на второй этаж. — Барбара, подойди ко мне, держи пистолет. В нём почти полная обойма. Игрушка готова к бою. В случае чего меня подстрахуешь.
— Папа!?
— Объясню всё позже, а пока слушай меня!
— Хорошо.
— Все медленно поднимаемся на второй этаж! Никаких лишних движений! Пошли.
Я у себя внизу вздохнул с облегчением и, обессилено упав на кровать, наблюдал за тем, что происходило далее. Да, старик явно затеял какую-то сложную и рискованную комбинацию. Может быть, предположения Лешего и не оправдаются, и он ничего никому не докажет, но, как говорил когда один всем известный садист, «попытка не питка». В случае чего можно извиниться за ошибку и причинённые неудобства, покаяться, сослаться на возраст, старческий маразм и так далее. Кому нужен этот старик, кто с ним будет серьёзно связываться? Проявил дедушка излишнюю и чрезмерную бдительность, ну и Бог с ним. Всякое бывает.
Одно меня смущало. А зачем Леший взял в плен и Шерифа? Он-то причём во всей этой истории? Они со стариком вроде бы друзья. Целесообразнее было бы использовать Шерифа в качестве союзника, помощника. Он всё-таки является должностным лицом, представителем закона. Странно, странно… Между тем скорбная процессия остановилась у дверей загадочной пятой комнаты! Снова она. Почему именно она? Да что же в ней такого особенного?
— Входите, гости дорогие, чувствуйте себя, как дома, — старик, цепко держа автомат в одной руке и внимательно наблюдая за пленниками, закрыл другой рукой входную дверь.
Я оглядел комнату, насторожился и очень сильно удивился. Мне показалось, что она несколько изменилась. Ну, вроде бы по-прежнему стоят в ней кровать, тумбочка с телевизором, шкаф с зеркалами во всю стену. Спальня, как спальня, довольно большая, светлая и просторная. Стоп! Просторная, просторная… Комната стала намного больше, чем раньше! Быть такого не может! А почему, собственно, не может? От старика, его дома и усадьбы ещё и не тех сюрпризов следует ожидать!
Между тем Леший поставил пленников вдоль стены, взял у Барбары пистолет, ей отдал автомат и тщательно обыскал мужчин, забрав у них всё имеющееся холодное и горячее оружие, сложил его в тумбочку. Затем старик надел на всех наручники, которые достал из той же самой тумбочки. Потом Леший нажал какую-то кнопку на маленьком пульте, оказавшемся у него в руках, и зеркальная стена шкафа вдруг стала медленно двигаться вперёд, сужая пространство комнаты.
— Вот это да! — ахнул Шериф.
— Умно и хитро, — спокойно констатировал Лейтенант.
— Старый идиот, маньяк! — злобно произнёс Агент.
Не обращая внимания на возгласы, Леший отодвинул одну из створок шкафа, сдвинул висевшую там одежду в сторону и открыл потайную дверь.
— Прошу, господа.
Господа зашли в небольшую пустую комнатушку и, повинуясь команде Лешего и движению его пистолета, уселись на пол. Барбара, ничего не понимающая, и суровый старик расположились у противоположной стены. После скорбного и непродолжительного молчания Леший весело спросил:
— Ну, что? Начнём судьбоносные разоблачения, господа изменники и предатели?
— С готовностью вас выслушаем, господин разоблачитель, — скривился в неопределённой усмешке Лейтенант.
— Леший, ты уверен в том, что делаешь? — недоумённо спросил Шериф и зябко поёжился.
— Во всём он уверен, всё просчитал, старая сволочь, — злобно и обречённо произнёс Агент. — Эх, недооценил я его, повёлся на кажущуюся простоту, на все эти кривляния, шутки да прибаутки, на фиглярство и мнимую немощность, не понял до конца глубинную и тайную сущность его характера и натуры.
— Увы, увы, мы подчас обращаем внимание не на потаённые течения, не на внутреннюю суть, а на то, что лежит на поверхности. Так значительно проще и легче, но крайне не верно и ошибочно, — вздохнул старик. — А что касается фиглярства, кривляний и простоты… Как говорил незабвенный Иммануил Кант, «люди бежали бы друг от друга, если бы они видели один другого в полнейшей откровенности».
