— Призрак, я по-прежнему буду всё записывать на видеокамеру, а на экран выведем картинки с улицы и зала. Как бы нам не пропустить неожиданного визита каких-либо новых нежданных гостей. Ну, а ты снова встань за моей спиной.
— Хорошо. Кстати вон Барбара идёт, вожделенный самогончик вновь нам несёт, — усмехнулся я.
— Превосходно, — просиял старик. — Сейчас мы немного смочим пересохшие глотки.
— Ладно, переходим к делу, — зловеще произнёс я и полюбовался игрой света на лезвие скальпеля. — И так, агент вы наш двуликий, самый стойкий, гордый и полный неподражаемого мужества! Заговорите добровольно, или приступим к истязаниям? Готовы ли вы испытать невыносимые страдания?
— Я предпочитаю пытки и страдания, — скривился федерал в злобной усмешке, но голос его предательски дрожал, что свидетельствовало о возможной готовности индивидуума к сотрудничеству и получения нами в связи с этим нужной информации.
— Да, пожалуйста! Ради Бога! С чего же нам начать? — я перебрал все имеющиеся в коробке инструменты, задержал свой задумчивый взгляд на кусачках весьма устрашающего вида, но потом всё-таки остановился на скальпеле.
Всё это время Агент внимательно следил за моими нехитрыми манипуляциями, и через пару минут у него задрожали губы. Ну что же, клиент почти созрел!
— Имейте в виду, если вы даже выдержите пытки, то я могу вколоть вам так называемую сыворотку правды, и вы расскажете нам всё, как миленький, — сказал старик, повертел в руке шприц и очень тяжело вздохнул. — Но имеет этот препарат ряд весьма неприятных побочных эффектов.
— И каковы они? — проблеял Агент.
— В результате передозировки может наступить смерть. Я же не медик, не эксперт какой-нибудь. Всего лишь профан, дилетант. Так что подумайте. Ну, и? Готовы ли вы честно и полно ответить на все наши вопросы?
Напряжённое молчание последовало в ответ.
— Начнём! Время идёт! — я подошёл к Агенту ближе, крепко схватил его за шею и медленно, но решительно направил жало скальпеля ему прямо в левый глаз. — Начнём именно с этого глаза. Пока оставим в покое другой, так как возможно, в случае последующих искренних откровений, мы его не тронем. Хотя бы на охоту сможете ходить после увольнения со службы.
— Стоп, стоп! — истошно заорал мужчина, когда кончик лезвия коснулся ресниц. — Чёрт с вами!
— Так вы готовы к дружеской и содержательной беседе с нами? — крайне сочувственно спросил Леший и после того, как я отошёл в угол, включил камеру.
— Да, готов!
— Поехали! Что вы можете мне поведать по поводу инцидента, произошедшего в моём доме вчера между вами и задержанным раненым бандитом, который перед этим взял в заложницы мою дочь? Вы признаётесь в убийстве данного лица и создании видимости его самоубийства?
— Да, признаюсь.
— Зачем вы это сделали? — спросил старик. — Ведь задержанный головорез являлся очень ценным свидетелем, и мог рассказать много всякого интересного по поводу тех лиц, которые организовали нападение на меня!
— Именно потому я и убил этого человека. Придя в себя, он мог выдать меня, так как я являюсь именно тем лицом, которое непосредственно наняло его, — нервно и обречённо произнёс Агент.
— С какой целью он проник в дом? — продолжил старик. — Что он конкретно искал?
— Ему было дано задание узнать о местонахождении двух ящиков, которые хранятся у вас, — вяло произнёс Агент. — В случае обнаружения указанных предметов наёмник должен был или сразу, или немного погодя, в зависимости от обстановки, завладеть ими и вывезти из вашего дома.
— Что это за ящики такие?
— Ящики, как ящики. Размер два метра на восемьдесят сантиметров. Сделаны их металла.
— Так, прекрасно, нам необходим небольшой перерыв, — весело встрепенулся старик, услышав довольно энергичный стук в дверь и посмотрев на экран. — А вот и мой бельчонок, орешки нам принёс. Как, там, у Омара Хайяма:
«В полях межа. Ручей. Весна кругом.
И девушка идёт ко мне с вином».
Через пару минут на постеленной на полу скатерти возник бутыль с чуть розоватой жидкостью, две рюмки, солёные огурцы и несколько бутербродов. Мы с Лешим с удовольствием выпили, а потом стали поглощать бутерброды. Агент отказался и от самогона и от еды. Видимо от нервного перенапряжения чувствовал он себя неважно, был очень бледен и слегка дрожал.
— Папа, я, пожалуй, пойду, немного отдохну, а потом позанимаюсь хозяйством, — сказала Барбара и удалилась.
— Ну что, продолжим, — тяжело вздохнул Леший. — Остались у нас невыясненными самые главные вопросы.
— И какие же они?
— Кто поручил вам организовать нападение на меня? Ведь не вы же сами, ни с того, ни с сего, решили заняться поисками каких-то гипотетических ящиков?
— Спроси ещё, что находится внутри них? — шепнул я.
— Да, кстати, а зачем эти ящики вам понадобились, для каких целей! Что находится внутри них? Из-за чего вы рисковали карьерой, спокойствием и благополучием?
— Зачем? Почему? Да всё потому, что я полный кретин, — Агент судорожно и сильно стиснул голову руками и вдруг глухо попросил старика. — Налейте мне, пожалуйста, рюмку вашего фирменного напитка. Кстати, почему у него такой цвет?
