Вода ринулась на монстра, но не прошла сквозь него, а подхватила, закружила и понесла вдаль, с треском превращая деревья и кусты в щепки, оставляя после себя широкую просеку. В водяном вихре едва заметно чувствовалась тьма… Но мне было все равно. От облегчения хотелось разреветься, но я, сипло выдохнув, без сил опустилась на землю. И через образовавшуюся просеку все смотрела и смотрела на далекий океан, освещенный лучами восходящего солнца.
– Впечатляет… – пробормотала я. – Хоть дорогу прокладывай.
– Редких видов не было, – заметил Эрван.
– Ни одного, – кивнула я.
– Нам повезло, – усмехнулся он, протягивая мне руку.
Вцепившись в его ладонь, я поднялась на трясущиеся ноги. У шеи что-то шевельнулось. Чудом не заверещав, я цапнула второй рукой. Соня тут же возмущено пискнула, уворачиваясь от моих пальцев.
– Да ты спец по маскировке! – восхитилась я.
– Не только она, – сказал Эрван.
Его волосы и глаза перестали светиться, вода исчезла, и я застыла, глядя на его ноги. Хобби у меня сегодня, видимо, такое – замирать столбом. Но как не замереть, если конечности моего начальства были прозрачными!
– Попал в ловушку, а она возвращает последнее повреждение, нанесенное магией, – пожал плечами Эрван. – Потом разберусь. Мне не привыкать.
Он покосился на свои руки и задумчиво добавил:
– В прошлый раз было не очень удобно, сейчас лучше.
Последнее магическое повреждение? В прошлый раз? То есть перчатки он носил не для красоты или тепла, а потому что руки были прозрачными? Значит, я тем дурацким экспериментом с изгнанием все же почти превратила его в призрака?
– Ты почему не сказал?
Я возмущенно вырвала у него ладонь.
– Потому что тогда ты не согласилась бы повторить изгнание снова. А нам нужно изучить его и понять, отчего так происходит, – довольно промурлыкал этот… почти призрак.
– Ни за что!
Теперь уже точно!
– Ты дала слово, – напомнил он, пошевелил ногой и с интересом посмотрел, как трава проходит сквозь призрачный сапог.
– Дала. Но тогда я не знала, что навредила. Тебе срочно нужно к магу. Или к охотнику. – Я хмуро уставилась на Эрвана. – Вдруг ты останешься таким?
– Вряд ли. В прошлый раз прошло. Причин для паники нет.
Есть! Еще как есть!
Я открыла рот и тут же закрыла. Бесполезно. Что ему говори, что глаштину, результат один. Они оба лучше знают, что делать.
Словно почуяв, что о нем только что вспомнили, из зарослей высунул морду глаштин. На его загривке сидела Шелли.
Откуда-то вынырнула белоснежная голубка. Эрван явно знал, от кого вестник, потому что тут же его поймал и закрыл глаза. Быстро просмотрел и развеял, негромко хмыкнув:
– Придется вернуться в лагерь. Там ваш наставник прибыл и негодует, что ты выпала из учебного плана. Нужно с ним все согласовать, пока он не засыпал руководство вестниками по самую макушку.
– Бричен? – Я удивленно посмотрела на Эрвана. – Но ведь он должен был прилететь позже?
– Ну… Один из ваших студентов очень много жалоб послал, профессора срочно отправили разбираться.
Морган! Вот склочник!
– Так. Выход к морю есть. – Эрван кивнул на просеку. – Посиди тут, заберу вещи и выдвинемся.
И исчез в зарослях.
Пять минут спустя вернулся с мимозой. Судя по всему, она была единственным предметом, оставшимся от лагеря.
– Кто схарчил мой плед? – возмущенно спросила я.
Глаштин сделал вид, что он глухой, и отвернулся.
Шелли соскочила на землю и взволнованно забегала от меня к Эрвану и обратно, тихо стрекоча и косясь на джунгли.
– Что такое? – Я обеспокоенно придвинулась к ней, вытянула руку и почесала мягкую шерстку между ушами.
– Хрюм? – пятачок Шелли шевельнулся.
Среди деревьев и кустов замелькали зеленые мордочки.
Эрван предупреждал, что она может захотеть остаться. Но мне все равно стало грустно и немного обидно, хотя я понимала, что Шелли тянет к своим. Как бы опасно для нее это ни было.
– Иди, – вздохнула я, старательно моргая.
Перед глазами плыло, в носу щипало. Неужели я ее больше не увижу?
– Только, пожалуйста, будь осторожна.
Шелли ткнулась пятачком в мою ладонь и радостно умчалась в джунгли.
– Зато у тебя есть глаштин. – Эрван кивнул на коня, настороженно выглядывающего из зарослей.
– Угу, можно скормить ненужный забор.
– Не только, – тепло улыбнулся Эрван. – Еще он может залить что-нибудь водой или напугать кого-нибудь клыками. И умеет приманивать рыбу.
Какое полезное качество. Теперь я знаю, чем займусь, если Бричен не зачтет мне пересдачу экзамена. Рыбалкой!
Я хмуро посмотрела на глаштина:
– Ну. И куда тебя девать?
Глаштин не ответил. Зато ответил Эрван:
– Никуда. Сделай из чего-нибудь уздечку и пусть гуляет.
– То есть настоящая уздечка не нужна?
Эрван отрицательно покачал головой:
– Рыбаки часто импровизируют.
Понятно, и я вместе с ними. Я же будущий рыбак, гроза морей. Так зачем отрываться от коллектива?
Я потянулась к обтрепавшемуся подолу платья, оторвала длинный лоскут и, подманив коня, начала обвязывать его страшно довольную морду.
– Маги не трогают глаштинов, у которых есть уздечка. Они спокойные и неопасные. За их шалости отвечает хозяин, – добавил Эрван.
Повезло мне!
